Кому интересна энергоэффективность в электроэнергетике?

 

Автор

Аблязов Павел, Консультант Branan

 

    Вопросы сокращения потребности в энергоресурсах уже давно беспокоят многие государства мира. В России о необходимости энергосбережения заговорили лишь в 2008 г., объявив главным приоритетом модернизации повышение энергоэффективности экономики страны. Написаны новые законы, поставлены цели, но появились ли реальные стимулы рационально использовать энергетические ресурсы?
    С каждым годом человечество расходует все больше и больше энергоресурсов в связи с улучшением качества жизни. Но ископаемые источники энергии (нефть, газ, уголь) являются исчерпаемыми, а потому их следует экономить: использовать более эффективные электростанции, снижать потери при транспортировке, разумно потреблять электричество и тепло.
    Мировая политика в области энергоэффективности
    Сегодня большое количество стран целенаправленно реализуют стратегии повышения энергоэффективности собственных экономик и ставят перед собой вполне достижимые цели: США за 10 лет, начиная с 2007 г., на 30% планируют поднять энергоэффективность в бюджетной сфере; Европейский союз и Индия намерены снизить энергоемкость ВВП на 20% в 2006—2020 и в 2007—2012 гг. соответственно. Китай уже решил эту задачу — за 2005—2010 гг. энергоемкость ВВП упала на 19% (прогнозное значение — 20%).
    Во всем мире вкладывают огромные средства в развитие технологий (НИОКР) по энергосбережению. Только в США в 2009—2011 гг. государственные расходы на НИОКР в этой сфере ежегодно достигали более 1 млрд долл. Интерес к повышению энергоэффективности постоянно усиливается. По данным Cleantech Group, темпы роста инвестиций в энергосберегающие технологии в мире за 2011 г. составили 39%.
    Российская политика в области энергоэффективности
    Россия решила не отставать от мирового сообщества и в 2008 г. поставила перед собой амбициозную цель — снизить энергоемкость ВВП страны на 40%1 к 2020 г. относительно уровня 2007 г. Для ее реализации было существенно переработано законодательство РФ, в том числе утверждены:
  • целевые показатели по сокращению потребления энергоресурсов для бюджетных компаний и компаний с государственным участием (>50%) на 15%2 за 5 лет (от уровня 2009 г.);
  • обязательные программы по повышению энергоэффективности для регионов;
  • планы по замещению ламп накаливания энергосберегающими;
  • методика введения долгосрочных тарифов для электросетевых компаний (RAB), благодаря которой предприятия смогут наращивать свою энергоэффективность и одновременно снижать себестоимость при неизменной выручке, т.е. получать дополнительную прибыль за счет экономии энергоресурсов;
  • стимулы к реализации типовых проектов по энергоэффективности: инвестиционные налоговые кредиты и уменьшение процентных ставок.
    Результативность законодательных инициатив в настоящий момент предсказать сложно. Но, по оценкам Центра по эффективному использования энергии (ЦЭНЭФ), за 2009 г. энергоемкость ВВП РФ не только не упала, но даже увеличилась на 2,3%, а в 2010 г. она снизилась лишь на 0,2%.
    В целом технический потенциал сокращения потребности в энергоресурсах в РФ огромен — ежегодно можно экономить до 290 млн т неф­тяного эквивалента (более 6 трлн руб.) относительно уровня 2007 г., если заменить все оборудование на максимально энергоэффективное.
    Мотивация компаний электроэнергетики
    В электроэнергетике РФ технически возможно сберегать ежегодно до 44 млн т нефтяного эквивалента (примерно 970 млрд руб.). Однако в текущих условиях в РФ электроэнергетическим компаниям далеко не всегда выгодно осуществлять мероприятий по повышению энергоэффективности — только в 13% случаев (экономия порядка 125 млрд руб.), как считает ЦЭНЭФ, они могут окупиться.
    Для генерирующих предприятий сокращение потребления энергоресурсов (топлива) означает уменьшение себестоимости производства, что должно приводить к увеличению прибыли. На практике все не так прозрачно. Существующие способы установления цен и тарифов на выработку электроэнергии зачастую не стимулируют к снижению себестоимости генерации.
    Когенерационные станции (ТЭЦ), функционирующие в теплофикационном режиме, продают электро­энергию по тарифу, рассчитанному по принципу «затраты+»3, а значит, какой бы ни была себестоимость электроэнергии, прибыль от ее реализации не изменится.
    Для конденсационных электростанций (КЭС) стоимость продажи в каждом узле объединенной энергосистемы определяется исходя из стоимости генерации самой дорогой и неэффективной станции (ввиду отсутствия реальной конкуренции). Таким образом, уменьшение себестоимости самых «слабых» КЭС невыгодно как для них самих, поскольку их цена продажи, по сути, определяется по принципу «затраты+», так и для их соседей по узлу (в большей степени), ведь в этом случае падает их продажная цена.
    В сетях, на первый взгляд, картина чуть лучше. Введена методика долгосрочного регулирования тарифа на передачу электроэнергии (RAB), которая призвана обеспечить возврат инвестиций с определенной нормой доходности и сохранять эффект от снижения себестоимости в компании. То есть сетевой организации выгодно установить тариф на долгосрочной основе, сократив потери, уменьшить себестоимость передачи электроэнергии и получить на этом дополнительную прибыль в следующие несколько лет. По факту же с внедрением RAB тариф на передачу электроэнергии начал сильно увеличиваться и был ограничен государством, что затруднило возврат инвестиций в энергоэффективность. В марте 2012 г. введены новые правила регулирования RAB, призванные сдержать темпы роста тарифов и одновременно обеспечить привлекательность вложений в электросетевое хозяйство.
    Выходит, что экономия энергоресурсов либо не окупает капитальные затраты на модернизацию электро­энергетического оборудования, либо этот эффект может теряться для энергокомпании из-за ограничения тарифа сверху.
    В повышении энергоэффективности больше всех заинтересованы сами потребители, ведь их затраты на электроэнергию напрямую зависят от объема ее использования, а электроэнергия всегда только дорожает. К тому же новые законы накладывают на ряд потребителей (бюджетные организации и компании с государственным участием) дополнительные обязательства по проведению энергетических обследований, получению энергопаспорта и пр.
    Информированность потребителей относительно энергоэффективных технологий на текущий момент не всегда достаточна. Провайдером и распространителем идеи применения энергоэффективных технологий среди абонентов могут быть сбытовые компании, оказывающие в том числе услуги по проведению энергетических обследований и внедрению энергосберегающих технологий. Сейчас, когда из-за последних нормативных изменений4 доход от основной деятельности может сократиться в разы, энергосбытовым компаниям как никогда выгодно расширять спектр дополнительных услуг. Некоторые из них уже занимаются этим, в частности ОАО «Мос­энергосбыт».
    Следует отметить один из вариантов оплаты услуг, когда между потребителем и сбытовой компанией заключается энергосервисный договор, и все работы по повышению энергоэффективности за свой счет выполняет сбытовая компания взамен части ожидаемого впоследствии эффекта от экономии электроэнергии. В такой связке выигрывают и потребитель, и сбытовая компания:
  • потребитель модернизирует свое оборудование за счет средств сбытовой компании и отвечает по обязательствам об энергосбережении, налагаемым новым законодательством. В будущем потребитель еще имеет часть эффекта от экономии электроэнергии;
  • сбытовая компания имеет возможность получить дополнительный доход.
    В итоге существующая политика в области энергоэффективности в РФ неоднозначна: поставлены амбициозные цели по снижению потребления энергоресурсов, но уровень мотивации энергетических (генерирующих и сетевых) компаний крайне слабый. Единственными заинтересованными лицами здесь являются потребители и сбытовые компании. Это означает, что законодательство в области энергоэффективности необходимо еще дорабатывать, создавая реальные стимулы для энергетических предприятий, направленные на экономию топлива и обновление оборудования.