«Smart Grid — это реальность, которая уже не за горами»

 

Автор

Осорин Максим, Генеральный директор компании Intelica

 

    Российские энергосистемы создавались в эпоху огромных запасов дешевого сырья, объемы которого сегодня неуклонно сокращаются. На этом фоне страны во всем мире вынуждены решать острые проблемы повышения энергетической безопасности. В наши дни максимальным спросом начинает пользоваться экологически чистая энергия, а сети должны быть достаточно гибкими, чтобы обеспечить внедрение низкоуглеродистых технологий. ИТ-инновации, проведенные за последние 10 лет, и повсеместное распространение коммуникационных сетей (например, ожидаемое число абонентов мобильной связи в этом году ­достигнет 5 млрд человек) дают уникальную возможность объединить достижения в области инженерии, ИТ и коммуникаций в энергетической отрасли и создать новый вид энергетики — интеллектуальный.
    О новых веяниях в ИТ и энергетике, со­временных тенденциях развития интеллектуальных энергосистем мы беседуем с генеральным директором компании Intelica Максимом Осориным.
    ЭР:Максим Петрович, недавно вы вернулись с выставки Distri­bu­tech-2011. Каковы ваши впечатления?
    М.О.: Distributech-2011 — это, навер­ное, крупнейший в мире ивент по тематике инжиниринговых и ИТ-инноваций в сегменте передачи и распределения электроэнергии. Его масштаб — более 5000 делегатов, порядка 400 компаний и внушительная выставочная площадь: мне в квадратных метрах оценить сложно, но «Крокус Экспо» приличных размеров. И знаете, с одной стороны, было радостно, а с другой — грустно слушать самое первое выступление на конференции. Докладчик сказал: «Коллеги-энергетики, у нас у всех есть одна большая проблема. Вот мы здесь все собрались, 90% — с инженерным образованием, и рассуждаем на тему “умных” сетей, а на самом деле ни­кто из вас за минуту не сможет объяснить, что же такое Smart Grid и зачем они нужны».
    Поэтому мы как участники пришли к следующему выводу: в первую очередь нужно, чтобы у энергетиков и других специалистов отрасли, по­ставщиков и подрядчиков сформи­ровалось достаточно четкое понимание границ определения этого понятия.
    ЭР:И каковы, по вашему мнению, эти границы?
    М.О.: Давайте я для примера расскажу о проекте, который меня очень заинтересовал и который четко демонстрирует, что Smart Grid не ограничивается одними счетчиками, как это зачастую утверждают отдельные специалисты.
    В 2009 году Southern California Edison — крупнейшая энергетическая компания США — запустила проект Edison SmartConnect. В его рамках всего за 4 года планируется оснастить «умными» счетчиками около 5 млн потребителей. При этом основная фаза приходится на два года — 2011-й и 2012-й. На все мои вопросы, с чем связан такой короткий срок, в компании отвечали, что если срок растянуть, то проект «расползется». Технологии в энергетике не стоят на месте, и при длительной инсталляции невозможно будет получить значительный эффект.
    Однако проект интересен тем, что он идет намного дальше, чем просто внедрение «умных» счетчиков. Он включает в себя и применение фотоэлектрических панелей, и установку приборов учета с многоуровневыми тарифами, и использование технологий PEV (Plug-in Electric Vehicles), рассчитанных на массовую эксплуатацию электромобилей…
    И знаете, что меня поразило больше всего? Даже не технологии и не масштабы. Это отношение и внимание, которое компания уделяет процессу донесения своих идей до сознания общественности.
    Они в течение полутора лет проводили массовую пиар-кампанию среди своих потребителей, используя все доступные каналы — выставки, прессу, специальную рекламу на радио и телевидении, интернет-рекламу. Было создано несколько макетов, максимально просто и понятно показывающих обычному американскому обывателю, что такое «умный» дом в долларах. Программа интегрирована с производителями бытовой техники и поставщиками систем модернизации для существующих домохозяйств. На сайте можно посмотреть, что будет, если вы замените у себя в частном доме или квартире какие-то электроприборы.
    ИТ-составляющая очень важна, но без технологии взаимодействия с потребителем нельзя получить должный эффект от проекта. Очень хотелось бы увидеть подобные инициативы и в нашей стране.
    ЭР:Сейчас идут горячие дискуссии о том, что, собственно, будет завтра, когда нефть подорожает еще в полтора раза. Как эту неотвратимую проблему планируют решать наши западные коллеги?
    М.О.: В Калифорнии реакция на столь неминуемое будущее заметна уже сейчас — в штате очень высок процент распределенной генерации всех видов и размеров. В основном преобладают солнечные и ветряные установки. Они, конечно, создают огромное количество проблем для энергетиков, прежде всего для сетевых компаний. По понятным причинам очень сложно прогнозировать объемы выработки электроэнергии от ветряных или солнечных ферм. В связи с этим и появляются технологии Smart Grid, в частности такие, как хранение и накапливание электроэнергии в больших объемах.
    Я наблюдал за двумя достаточно масштабными пилотными проектами. Один — это офисный центр, второй — солнечная ферма. Были представлены и экзотические, на наш взгляд, проекты, когда, к примеру, за счет ветряной установки компрессор создает давление воздуха в резервуарах. Если ветер стихает, воздух выходит обратно и приводит в движение турбину, которая, в свою очередь, вырабатывает электроэнергию. Это позволяет сгладить неровности типового графика распределенной генерации.
    Еще одно направление, популярное в Европе и США и набирающее вес в России, — массовый запуск электротранспорта. И это неудивительно: сейчас, когда бензин по­стоянно дорожает, альтернативные варианты всегда привлекают пристальное внимание.
    ЭР:Массовое распространение электромобилей в России сейчас кажется весьма далекой перспективой…
    М.О.: И, кстати, зря. Как бы футури­стично на первый взгляд ни выглядели многие инициативы Smart Grid, мы должны понимать, что это та реальность, которая уже не за горами.
    В наши дни в США, например, вряд ли можно кого-то удивить электромобилем, электроавтобусом, элект­рогрузовиком. Причем речь идет не о каких-то экспериментальных поделках в гараже, а об изде­лиях, пользующихся массовым спросом. Я наблюдал в «Силиконовой до­лине», как заправлялся Chevrolet Volt, точнее, заряжался. Стоимость зарядки — всего два доллара. Именно поэтому такая техника будет покупаться, и поэтому сегодня два самых популярных автомобиля на американском рынке — это Chevrolet Volt и Nissan Leaf, за которыми трехмесячная очередь. За январь—февраль продано 1500 штук, и такая цифра объясняется только тем, что никто не ожидал подобного спроса на электромобили. В будущем объем продаж станет гораздо больше.
    По сути, активное развитие элект­ротранспорта кардинально изменит жизнь энергосистемы в целом и энергокомпаний в частности. Если этим вопросом не заниматься, то это соз­даст множество проблем. Только представьте, что будет, если несколько миллионов таких автомобилей одновременно включатся в энергоси­стему в час пик. С другой стороны, если умно подходить к этому вопросу, то можно существенно повысить коэффициент наполняемости сети в непиковые часы за счет того, что электромобили встают на зарядку ночью. Ну и сам по себе электромобиль в массовом использовании — это не что иное, как распределенная система хранения электроэнергии.
    Я вас уверяю: когда начнется рекламная кампания и потребителю предложат не 1000 рублей за бак, а 200 рублей, то за такими транспортными средствами будут гоняться покупатели. Если энергетические компании не станут задумываться об этом сегодня, то завтра придется многое наверстывать.