Энергоэффективность в России: бег с препятствиями

 

Авторы

Чернов Сергей, Заведующий кафедрой систем управленияи экономики энергетики, заместитель декана факультета энергетики, доцент ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственныйтехнический университет», к. э. н.

Черетун Лиана, Аспирант кафедры систем управленияи экономики энергетики ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный технический университет»

 

    В последние несколько лет федеральные, а вслед за ними и органы власти других уровней, стали уделять большое внимание вопросам повышения эффективности использования топливно-энергетических ресурсов.
    С принятием Федерального закона № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее — ФЗ № 261) энергосбережение и повышение энергоэффективности становятся одним из приоритетных направлений развития экономики. Чиновники всех уровней без устали говорят о выгодах энергосбережения, во многих регионах создаются специализированные организации (фонды, энергоаудиторские компании), разрабатываются соответствующие программы. Тем не менее интенсивность и положительный опыт реализации подобных проектов оставляет желать лучшего. Причина — высокие, зачастую непреодолимые в современных экономических условиях препятствия. В статье с позиций системного и процессного подходов рассмотрены основные типы барьеров, сдерживающих осуществление энергосберегающих мероприятий.
    Начиная с 1992 г., когда стартовали экономические реформы в России и перестали действовать планово-директивные программы энергосбережения, велись поиски новых механизмов, сочетающих государственное, и в первую очередь нормативно-законодательное, регулирование с рыночными методами экономичес­кого стимулирования энергосбережения. Формирование принципов и механизмов новой государственной политики в области энергосбережения было отражено в Постановлении Правительства РФ от 01.06.92 № 371 «О неотложных мерах по энергосбережению» и Решении совместного заседания коллегий Минтоп­энерго РФ и Миннауки РФ (от 12.08.92 № 5/14). В Основных положениях Энергетической стратегии России, одобренных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.10.95 № 1006, федеральных целевых программах «Топливо и энергия» (1996 г.) и «Энергосбережение России (1998—2005 гг.), а также в ряде специальных постановлений правительства (от 02.11.95 № 1087, от 08.07.97 № 832, от 15.06.98 № 588 и др.) предусмотрен комплекс организационных и экономических мер по усилению работ по энергосбережению, включая обязательность энергоаудита, оснащения приборами учета и регулирования расхода энергоносителей предприятий бюджетной сферы, поддержку создания в регионах демонстрационных зон высокой энергоэффективности в рамках проекта ООН «Энергоэффективность-2000», осуществление госэнергонадзора за рациональным расходом энергоносителей на предприятиях всех отраслей экономики и всех форм собственности [10, с. 2]. В 1996 г. был принят Федеральный закон «Об энергосбережении», который обобщил накопленный опыт и дал толчок к принятию субъектами РФ своих законодательных и нормативно-правовых актов. Министерство промышленности и энергетики РФ подготовило федеральную целевую программу «Энергоэффективная экономика до 2012 г.», которая предлагает стратегические направления и подходы для достижения эффективного энергопользования в РФ.
    Основные цели, отражаемые в разрабатываемых законодательных актах, программах и проектах энергосбережения, можно сформулировать следующим образом: во-первых, повышение эффективности использования топливно-энергетических ресурсов и создание необходимых условий для перехода экономики страны на энергосберегающий путь развития [1, с. 3]; во-вторых, обеспечение экологической безопасности страны за счет предотвращения вредных выбросов в атмосферу. Решение первой задачи затрагивает интересы предприятий, приводя в конечном счете к повышению конкурентоспособности выпускаемой ими продукции за счет снижения затрат на энергоресурсы. Однако основным заинтересованным лицом в реализации мероприятий по энергосбережению остается государство. Именно государство должно создать стимулы к внедрению энергосберегающих технологий, организации рынка энергосбережения и такой среды, в которой энергосбережение станет стереотипом мышления и нормой поведения всех участников рынка.
    Несмотря на достаточно активную деятельность государства в рамках повышения энергоэффективности, заметных результатов на сегодняшний день в этом вопросе добиться не удалось. Прежде чем приступать к разработке и реализации мероприятий по энергосбережению, необходимо правильно определить и реально оценить серьезность барьеров, которые стоят на пути достижения целевых показателей программ энерго­сбережения в России. Для решения этой задачи воспользуемся основными принципами процессного и системного подходов, которые позволят рассматривать деятельность в виде совокупности процессов, преобразующих по определенной технологии необходимые ресурсы в полезный выход, а также наглядно представить существующие процессы (рис. 1).
    В соответствии с разработанной моделью для достижения поставленных целей (выход 1 — энергосберегающий путь развития, выход 2 — экологическая безопасность страны1) при реализации процесса «разработка и реализация программы энергосбережения» следует использовать входные ресурсы: финансы, информацию, знания и опыт. Управляющие воздействия подразумевают наличие определенных требований, ограничений или предписаний, т.е. формируют нормативно-правовое поле, стандарты и методологию выполнения процесса. В разработке программы энергосбережения России, как было сказано выше, прежде всего должно участвовать государство, оно же должно инициировать данный процесс. Бизнес — это компании, которых неизбежно коснется реализация программ энергосбережения, их деятельность претерпит значительные изменения в результате осуществления мероприятий по повышению энергоэффективности. Финансовые посредники в данном случае выступают в качестве соединительного звена между государством и бизнесом. Таким образом, механизмами процесса «реализация программы энергосбережения» — нерасходуемыми ресурсами, которые используются, должны быть государство, бизнес и финансовые посредники.
    Модель, представленная на рис. 1, в соответствии с тремя элементами окружения (управление, входы и механизмы) позволяет выделить три группы барьеров, встречающихся при разработке и реализации программы энергосбережения.
    Барьеры управления — препятствия при выполнении мероприятий по повышению энергоэффективности страны, которые связаны с законодательными, организационными и методологическими аспектами.
    Барьеры механизмов подразумевают наличие институциональных и технических препятствий, обусловленных сложностями обеспечения предприятий необходимым оборудованием, отвечающим требованиям программ энергосбережения. Также барьеры механизмов отражают проблему наличия сформированного рынка специализированных организаций, оказывающих услуги по проведению энергоаудита и подготовке специалистов в этой области. С вступлением в действие ФЗ № 261 рынок энергоаудита претерпел серьезные изменения. Энергоаудиторов всегда было немного: номинально — около 300, фактически проводящих аудит и имеющих квалифицированный персонал — не более 100 [7, с. 13]. Их рынок составляли примерно 400 тыс. предприятий и организаций с энергопотреблением более 6 тыс. т у. т. После выхода ФЗ № 261 обязательному энергетическому обследованию стали подлежать не только предприятия и организации, но и все объекты ЖКХ, государственные и муниципальные объекты, а также сами муниципалитеты и госорганы. Всплеск рынка энергоаудита вызвал рост количества энергоаудиторских компаний. Уже к концу 2010 г. в саморегулируемых организациях энергоаудиторов было примерно 2000 членов. Могло быть и больше, но основная проблема текущего момента — отсутствие квалифицированного персонала. Опытных специалистов в созданных наспех компаниях нет. Также необходимо отметить, что дефицит квалифицированных энергоаудиторских компаний неизбежно приводит к удорожанию и без того недешевых услуг этих организаций. Например, на одном из тендеров по проведению энергетического обследования крупного объединения ценовые предложения различных энергоаудиторов колебались в диапазоне от 3 млн до 74 млн руб. [8, с. 62]. Это связано в том числе с тем, что прозрачно обосновать стоимость энергетического обследования, как правило, очень сложно. Зачастую, объявляя цену на энергетическое обследование предприятия, энергоаудитор имеет о нем весьма скупые сведения: общие цифры объемов потребления топливно-энергетических ресурсов, число зданий и сооружений, состав основного оборудования и его общее количество. Эти данные не позволяют обоснованно оценить затраты времени, сил и средств по предстоящему энергетическому обследованию. Ситуация усугубляется тем, что объявить цену необходимо накануне проведения тендера, когда еще не определены условия будущего договора и нет технического задания. Таким образом, проведение энергетического обследования предприятия в настоящий момент сопряжено с двумя основными проблемами: дефицитом квалифицированных энергоаудиторских компаний и дороговизной данного мероприятия. При этом энергоаудит как инструмент снижения затрат предприятия должен окупаться, а это значит, что его цена не должна превышать стоимости предмета обследования. А в существующих условиях гарантированно избежать этого невозможно.
    К входным барьерам относятся преграды, касающиеся необходимых ресурсов для повышения энергоэффективности страны, в том числе финансовых, информационных ресурсов и такого ресурса, как знание и опыт. Рассмотрим подробнее барьеры каждой группы (рис. 2).
    Информационный барьер проявляется в ограниченности информации относительно политики и стратегии энергосбережения в нашей стране. Энергопотребители слабо представляют себе потенциальные возможности и выгоды энергосбережения. Большинство предприятий убеждено, что снизить энергопотребление фактически невозможно, и лишь около 30% компаний имеют план энергосбережения [6, с. 48]. Такая ситуация возникла из-за отсутствия в широком доступе информации об опыте применения энергосберегающих технологий, а также о наличии и стоимости различных типов энергосберегающего оборудования, приборов и услуг по энергосбережению. К основным информационным барьерам относятся:
    1) неразвитость рынка консалтинговых услуг в сферах энергосбережения и повышения энергетической эффективности;
    2) недостаточное использование средств массовой информации для пропаганды преимуществ энергосберегающего стиля поведения;
    3) отсутствие в открытом доступе информации о результатах проведенных мероприятий по повышению энергоэффективности.
    В связи с тем что существующие законопроекты описывают лишь общие направления, а не предоставляют сведений о конкретных мероприятиях, большинство компаний просто не понимает, каким образом и насколько можно сократить собственные затраты на энергоресурсы. И в этом случае даже рост тарифов на тепловую и электрическую энергию не позволит решить поставленную задачу. Вопрос в приоритетах… Борясь за потребителя, устанавливая контроль над цепями поставок, оптимизируя затраты на персонал, оборудование, сырье и материалы, многие предприниматели упускают тот факт, что затраты на энергоснабжение могут быть еще одним, зачастую достаточно эффективным, инструментом обеспечения конкурентоспособности предприятия на рынке.
    Научно-технические барьеры — следствие слабости научно-технической базы энергосбережения. К ним относятся:
    1) недостаточность масштабов НИОКР в сфере энергосбережения, в том числе по причине дефицита финансирования;
    2) малая интенсивность внедрения результатов уже выполненных энергосберегающих НИОКР в промышленное производство. Несмотря на то что технологии энергосбережения указаны в качестве приоритетных (критических) технологий федерального уровня, большинство реализованных энергосберегающих проектов носит сугубо локальный характер. Наличие данного барьера снова указывает на то, что государство не стимулирует массовое внедрение научно-технических разработок. Например, в США это делается через государственные гарантии под кредиты. К примеру, в 2008 г. по решению Конгресса таких гарантий было выдано на 38 млрд долл. США [5, с. 58].
    Финансово-экономические барьеры — одна из важнейших проблем, вызванных недостатком финансовых ресурсов как у государства, так и у энергопотребителей. Основными финансовыми препятствиями на пути к повышению энергоэффективности являются:
    1) отсутствие у компаний капитала, нехватка долгосрочных средств;
    2) высокие банковские ставки на кредиты;
    3) продолжительный период окупаемости инвестиций для проектов по энергосбережению.
    Большие процентные ставки на финансирование энергосберегающих мероприятий обусловлены тем, что в настоящее время отсутствует опыт оценки инвестиций в энерго­сбережение со стороны банков, и как следствие, происходит завышение рисков при оценке соответствующих проектов. Следующее препятствие, объясняющее дороговизну привлекаемых денежных средств, — недостаток опыта подготовки и реализации инвестиционных проектов в сфере энергосбережения у местных компаний, а также отсутствие (или недостаточное развитие) компетентных консалтинговых компаний.
    Наличие данного барьера в России связано с тем, что спрос на такой продукт, как финансирование программ энергосбережения на предприятиях, начал складываться относительно недавно, поэтому нет отработанных широкомасштабных программ финансирования. Но поскольку именно спрос рождает предложение, в настоящее время формируется рынок банковских продуктов, охватывающих именно это направление. Например, Международная финансовая корпорация (IFC) — инвестиционное подразделение группы Всемирного банка, продвигает специальную программу долгосрочного кредитования российских коммерческих банков, направленную на финансирование исключительно энергосберегающих проектов [3, с. 27]. Данная программа позволит банкам кредитовать компании на срок до пяти лет. Таким образом, период окупаемости проекта за счет энергосбережения станет сопоставим со сроком кредитования.
    В то же время IFC предоставляет консультационную поддержку финансовым учреждениям и заемщикам, включая техническую оценку, помощь в выборе технологий и поставщиков оборудования, а также консультирование на этапе подготовки инвестиционного предложения. В результате реализации программы IFC банки смогут пересмотреть свой консервативный подход к проектам в сфере энергоэффективности, а именно:
  • научатся оценивать энергосбережение и учитывать соответствующие денежные потоки для расчета возврата средств по кредитам;
  • будут требовать меньше обеспечения по кредитам, связанным с реализацией проектов по повышению энергоэффективности.
    Итак, со стороны бизнеса — энергопотребителей — осуществление каких-либо мероприятий по энергосбережению сопряжено с определенными рисками. С одной стороны, присутствуют желание и потребность предприятий оптимизировать собственные затраты на топливно-энергетические ресурсы. Но с другой стороны, для проведения таких мероприятий нужны значительные финансовые ресурсы, привлечение которых при отсутствии информации, положительного опыта реализации и сложности прогнозирования конечных результатов создает дополнительные преграды на этом пути.
    Финансовые институты — банки, лизинговые компании — также не могут оценить потенциал рынка энергосбережения. При этом хорошо апробированные и широко применяемые за рубежом схемы инвестирования в энергосбережение, такие как лизинг, финансирование третьей стороной, выпуск энерго­сберегающих облигаций и т.д., которые при недостатке собственных финансовых средств позволяют привлечь внешние инвестиционные ресурсы, используются в весьма ограниченном масштабе. Слабые экономические стимулы к внедрению во­зобновляемых источников энергии также не дают им конкурировать с традиционными.
    Сложившаяся ситуация указывает на то, что для выполнения основных задач в области энергосбережения необходимо устранить существующие барьеры управления. Несмотря на то что в последнее время вопросу энергоэффективности в России уделяется достаточно много внимания, законодательная база находится в начальной стадии становления. Целевые программы и стратегии отражают лишь намерения и рекомендации к действию для всех участников рынка энергосбережения. Указанные проекты предполагают более детальную проработку вопроса на уровне региональных подзаконных актов. При этом сроки принятия нормативно-правовых документов, направленных на детализацию федеральных законов, зачастую нарушаются в связи с длительной процедурой их разработки и согласования. В итоге возникает ситуация, когда федеральный закон есть, но непонятно, каким образом он будет исполняться конечными потребителями.
    Правовое регулирование, касающееся разработки и внедрения стандартов энергетической эффективности оборудования и приборов, также очень ограничено. Известно, что основные фонды большинства предприятий страны сильно устарели и срок их эксплуатации превосходит нормативные значения (в среднем по стране износ основных фондов генерирующих энергокомпаний превышает 50%, электросетевых — 55%, теплотранспортных — 60%, предприятий машиностроения — 40%) [4, с. 18]. При этом при строительстве зданий или вводе в эксплуатацию нового оборудования, а также при его производстве, никто не задумывается о стандартах энергосбережения просто потому, что они либо отсутствуют, либо носят рекомендательный характер. Нет системы разработки и корректировки ГОСТов, СНиПов, призванных обеспечивать должный уровень реализуемых проектов. В силу отсутствия стандартов и норм, устанавливающих жесткие показатели энергоэффективности, организация учета и контроля расхода топливно-энергетических ресурсов также не соответствует современным требованиям. Нет служб, которые бы осуществляли контроль, мониторинг, а также проводили систематический сбор и анализ информации о потреблении энергоресурсов.
    При рассмотрении барьеров, связанных с правовым регулированием, следует обратить внимание на реализацию мероприятий по энергоаудиту. Энергетическое обследование в настоящее время осуществляется в добровольном порядке, за исключением случаев, предусмотренных ФЗ № 261.
    Проведение энергетического обследования является обязательным для:
    1) органов государственной власти, органов местного самоуправления, наделенных правами юридических лиц;
    2) организаций с участием государства или муниципального образования;
    3) организаций, осуществляющих регулируемые виды деятельности;
    4) компаний, занимающихся производством и (или) транспортировкой воды, природного газа, тепловой и электрической энергии, добычей природного газа, нефти, угля, производством нефтепродуктов, переработкой природного газа, нефти, транспортом нефти, нефтепродуктов;
    5) организаций, совокупные затраты которых на потребление природного газа, дизельного и иного топлива, мазута, тепловой энергии, угля, электрической энергии превышают 10 млн руб. за календарный год;
    6) организаций, реализующих мероприятия в области энергосбережения и повышения энергетической эффективности, финансируемых полностью или частично за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, местных бюджетов [2, с. 16].
    Кроме того, Федеральный закон от 27.12.02 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» отменил обязательное соблюдение требований национальных стандартов и обязательную сертификацию продукции [9, с. 49]. Этим была ослаблена возможность нормативного обеспечения и государственного влияния на энергосбережение, нормирование потребления энергоресурсов, повышение энергоэффективности выпускаемого энергопотребляющего оборудования.
    Также необходимо отметить, что одной из важнейших проблем правового регулирования энергосберегающих мероприятий является слабая взаимосвязь между органами власти различных уровней. В результате при принятии закона на федеральном уровне необходимая доработка и конкретизация регионального законодательства в связи с отсутствием контроля нередко исключены.
    Рыночные барьеры — в настоящее время рынок энергосберегающего оборудования и технологий представляет собой сегмент, где честную конкуренцию нередко заменяет лоббирование интересов отдельных фирм-производителей, отсутствуют опыт и культура проведения маркетинговых исследований, бизнес-планирования, менеджмента проектов, связанных с энергосбережением.
    Затраты, обусловленные нерациональным использованием энергии, покрывает общество, а не предприятия, расходующие энергетические ресурсы сверх установленных нормативов; дополнительные расходы, связанные с загрязнением окружающей среды, предприятия, допустившие это загрязнение, не компенсируют; энергоснабжающие компании практически не учитывают возможность снижения затрат за счет разработки и реализации программ управления потребительским спросом на энергию, а увеличивают прибыль только за счет роста объемов энергопотребления.
    В итоге можно сделать вывод о том, что рынок энергосбережения в России находится в зачаточном состоянии. Отсутствие основных принципов функционирования компаний в рамках политики повышения энергоэффективности, конкуренции среди энергоаудиторских компаний, компаний по производству энергосберегающего оборудования и самое главное — стимулов к ориентации на энергосбережение среди участников рынка приводит к тому, что программа становления на путь энергосбережения сводится к реализации единичных мероприятий, неспособных в конечном счете привести к желаемому результату.
    Институциональные барьеры на пути повышения энергоэффективности обусловлены отсутствием органа, ответственного за формирование и результаты проведения политики энергосбережения, что приводит к неудовлетворительному исполнению законодательства в области энерго­сбережения, а также к определению цен на энергию не под влиянием рыночной конъюнктуры, а посредством административных решений.
    Действие технических барьеров связано прежде всего с недостаточным для обеспечения базовых отраслей экономики уровнем развития машино- и станкостроительного комплекса. При сопоставимых параметрах производительности стоимость импортного оборудования значительно ниже отечественных аналогов.
    Достаточно мощными можно считать и барьеры восприятия, которые в значительной степени являются производными от уже рассмотренных. В частности, исключительно высокий моральный и физический износ оборудования для достижения целей энергоэффективности требует кардинального изменения структуры основных производственных фондов, их замены или масштабной модернизации. В этом контексте реализация программ энергосбережения на подобных предприятиях может восприниматься собственниками как полумера, неспособная кардинально изменить ситуацию, но требующая привлечения финансовых ресурсов и дополнительных усилий персонала, что вполне объективно может быть расценено как пустая трата средств. В сфере ЖКХ таких примеров множество, собственники «старых» домов считают нецелесообразным устанавливать приборы учета на тепловую энергию, воду из-за крайне высокого износа коммуникаций.
    Все чаще появляются публикации, определяющие в качестве одного из основных барьеров на пути реализации программ энергосбережения в России отсутствие экономической заинтересованности потребителей (юридических и физических лиц). Вполне логично, что если расходы на электрическую и тепловую энергию в структуре себестоимости продукции (для юридических лиц) или в структуре затрат домохозяйств (для физических лиц) составляют менее 3—4%, то сокращение затрат даже на четверть не принесет ощутимого экономического эффекта. Именно по этой причине многие исследователи склоняются к мысли, что обеспечить успех программ энерго­сбережения может простое повышение тарифов на энергоносители.
    Итак, практически в каждой области, сопряженной с реализацией основных целей политики энерго­сбережения, есть ряд серьезных проблем, решение которых возможно только с помощью системного подхода. В вопросах энергосбережения и повышения энергоэффективности важно организовать четкое взаимодействие с бизнес-сообществом, обеспечив информационную и образовательную поддержку мероприятий по энергосбережению и повышению энергоэффективности использования топливно-энергетических ресурсов на международном, федеральном, региональном и муниципальном уровнях.
    Четкая идентификация и определение значимости барьеров, системный подход к их преодолению помогут сформировать стимулы, необходимые и достаточные для интенсивной реализации программ энергосбережения во всех отраслях экономики, а также в жилищно-коммунальной сфере.
    Литература
    1. Энергетическая стратегия России на период до 2030 года, утвержденная Распоряжением Правительства РФ от 13.11.09 № 1715-р.
    2. Федеральный закон № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».
    3. Политика повышения энергоэффективности в странах мира: обзор и оценка. — Мировой энергетический совет, 2008.
    4. Арутюнян А.А. Основы энергосбережения // Энергосервис, 2007.
    5. Дмитриев А.Н. Руководство по оценке экономической эффективности инвестиций в энергосберегающие мероприятия / Дмитриев А.Н., Табунщиков Ю.А. // АВОК-ПРЕСС, 2005.
    6. Колесников А.И. Энергоресурсосбережение / Колесников А.И., Михайлов С.А. // АНО «МРАИ ЭЕМ», 2006.
    7. Мошкарин А.В. Состояние и перспективы развития энергетики Центра России / Мошкарин А.В., Смирнов А.М., Ананьин В.И. // Ивановский государственный энергетический университет. — М. — Иваново, 2000.
    8. Варнавский Б.П. Энергоаудит промышленных и коммунальных предприятий / Варнавский Б.П. Колесников А.И.: Учебное пособие. — Ассоциация энергоменеджеров, 1999.
    9. Самойлов М.В. Основы энергосбережения / Самойлов М. В., Паневчик В .В., Ковалев А. Н. 2002.
    10. Перелыгин Ю.А. Состояние и перспектива развития топливно-энергетического комплекса в рос­сийских регионах / Перелыгин Ю.А. // Энергонадзор и энергобезопасность». — 2006. — № 2.