На круги своя?

 

Автор

Григорьев Александр, Руководитель отдела стратегических исследований Института проблеместественных монополий (ИПЕМ), к. э. н.

 

    В журналистике существуют определенные штампы для оформления цитат и высказываний экспертов, например: «ничего хорошего не предвидится, опасается один эксперт», «как бы чего не вышло, беспокоится второй», «все это очень странно, недоумевает третий». Вот и я сейчас недоумеваю: почему же все-таки решили объединять ФСК и МРСК? Сразу оговорюсь, что и я лично, и весь коллектив экспертов ИПЕМ являлись принципиальными противниками разделения сетевого комплекса.
    Положа руку на сердце, скажу: остаются определенные сомнения, что магистральные и распределительные сети станут единым целым. В последнее время мотивы и действия государства в энергетике становятся все менее понятными и, я бы сказал, слишком разнонаправленными: сначала объявляется масштабная программа приватизации, в том числе активов в энергетике. Затем мы все с удивлением узнаем, что государство на самом деле хочет сосредоточить почти все свои энергетические активы, включая электроэнергетические, в одном холдинге, чтобы потом его все-таки продать — частично или полностью. Тем не менее не исключается возможность скупки некоторых предприятий энергетики, находящихся в частных руках. Отсутствие директивы правительства для августовского внеочередного собрания акционеров ФСК, которое и было отменено по этой причине, является лишь дополнительным небольшим штрихом в этой картине неопределенности.
    Пусть, как говорил Мюллер в фильме «Семнадцать мгновений весны», ясность — это одна из форм полного тумана, тем не менее какую-либо ясность в ближайших перспективах отрасли все-таки хотелось бы увидеть. Чем грозит грядущее слияние сетевого комплекса? Первое — это, конечно, снятие вопроса «последней мили», этого «костыля», вприпрыжку с которым наш сетевой комплекс вошел в постреформенный период. Битва за тарифный пирог в случае объединения должна будет наконец-то закончиться, а перекрестное субсидирование между крупными и мелкими потребителями останется. Второе — эффект масштаба — то, за счет чего естественная монополия, которой сетевой комплекс, безусловно, является, может быть эффективнее любой самой совершенной конкурентной среды. Большой компании легче привлекать финансирование на более выгодных условиях, а за счет единства технической и технологической политики, согласованности стратегий развития споявляются возможности для реальной экономии средств, а значит снижения себестоимости услуг. От объединения компаний работа всего сектора не станет гарантированно эффективнее, но для этого хотя бы создаются предпосылки.
    Немного проще станет жизнь у государства, хотя бы потому, что необходимых регуляторных усилий с его стороны будет требоваться объективно меньше.
    Противников объединения можно самих условно объединить в две группы. Одна — это крупные потребители и миноритарные акционеры, чьи интересы прозрачны и понятны. Вторая группа — мои коллеги по экспертному цеху, чьи аргументы порой весьма интересны. Например, приходилось слышать, что у ФСК и МРСК бизнес настолько различается, что объединение внесет колоссальный разлад в работу электросетевого хозяйства, а эффективность гарантированно упадет.
    Аргументация о неверности идеи объединения по технико-экономическим причинам в принципе несостоятельна: есть же у Газпрома магистральные газопроводы и распределительные сети — ведь как-то управляют всем этим хозяйством. Кому-то может не понравиться пример Газпрома, во-первых, потому что это Газпром, а во-вторых, потому что газ — не электроэнергия. Для таких скептиков существует пример британской National Grid, совмещающей в себе функции оператора магистральных электрических сетей, оператора магистральных газовых сетей и оператора газовых распределительных сетей в значительной части страны. Для российских условий это выглядело бы так: ФСК плюс Единая система газоснабжения Газпрома, и все это — в одной компании.
    Между тем у сетевого комплекса действительно есть проблемы с эффективностью, которые нельзя отрицать, а наоборот, на них надо сконцентрировать самое пристальное внимание, в том числе и со стороны государства. Например, обоснованность строительства тех или иных объектов инфраструктуры. Многим известно, что в Москве и области есть новые подстанции, загруженные менее чем на 10%, но за постройку которых потребители уже платят и будут платить еще многие годы, т.к. это включено в тариф. Где технико-экономическое обоснование их строительства, где можно посмотреть расчеты, чтобы убедиться, что в том месте, в то время и именно такую подстанцию необходимо было строить? Как все это согласуется с планами территориального развития? И если согласуется, то почему за их низкое качество приходится расплачиваться всем нам? Эти вопросы являются не просто хозяйственными, а находятся на пересечении государственной политики в энергетике и собственно технико-экономических задач сетевого комплекса страны.
    Пока же подождем осени — самого раннего времени, когда по закону станет возможен созыв новых внеочередных собраний акционеров ФСК и МРСК, а значит, станет чуть больше ясности, которой так не хватает отрасли уже долгие годы.