Прямые договоры: интересы потребителей или сетевых компаний?

Рубрика:

Рынок

 

Автор

Янченко Дмитрий, Начальник департамента взаимодействия с инфраструктурой и государственными органами НП ГП и ЭСК

 

    Не сомневаясь в компетентности работников сетевых организаций, хотелось бы отметить ряд важных моментов при заключении прямых договоров на передачу электрической энергии для потребителей, которых либо намеренно, либо по незнанию вводят в заблуждение.
    При заключении прямых договоров сетевые компании дублируют функции энергосбытового предприятия, выставляя счета и собирая деньги с потребителей, и тем самым ставят под угрозу развитие конкуренции на розничных рынках между энерго­сбытовыми компаниями, работающими в условиях конкуренции за потребителя, так как сужают диапазон возможных предложений. Тем более что для выполнения указанных функций электросетевым компаниям потребуются дополнительные средства, которые нужно будет учесть в тарифах, а это приведет к удорожанию электрической энергии для конечного потребителя. Заключение прямых договоров между сетевыми компаниями и потребителями усложняет схему работы на розничных рынках и также влечет за собой повышение стоимости электроэнергии для конечных потребителей.
    Заключение договора услуг по передаче электроэнергии гарантирующим поставщиком, напротив, не предполагает никакой дополнительной платы со стороны абонентов, то есть не способствует росту цены электрической энергии для конечных потребителей.
    Кроме того, в случае выстраивания прямых отношений с сетевой компанией потребитель оказывается в ситуации, когда ему приходится вести учет мощности и оплачивать отклонения от заявленных величин вне зависимости от выбранного тарифа. По договору энергоснабжения величина мощности «определяется» в контрольные часы и может отличаться от указанной в договоре на предоставление услуг по передаче электрической энергии. Оплата электроэнергии и мощности гарантирующему поставщику осуществляется только за фактический объем энергии и мощности, без штрафных санкций за отклонения. Соответственно, потребители не получают иных преимуществ, кроме увеличения численности персонала и финансовых затрат на ведение двух контрактов. То есть экономический эффект от заключения прямых договоров для них всегда оказывается отрицательным.
    Все доводы сетевых организаций по заключению прямых договоров базируются на выводах об экономической выгоде для потребителей, что не соответствует реалиям. Так называемые «льготные» условия, которые сетевые компании обещают клиентам при наличии прямых договоров, уже содержатся в действующем договоре энергоснабжения и являются нарушением антимонопольного законодательства в отношении других потребителей (населения, бюджета).
    Следует отметить, что у гарантирующих поставщиков есть высококвалифицированные специалисты, способные разобраться во всех тонкостях и «подводных камнях» договора услуг, которые потребитель может упустить из виду. Изначально гарантирующие поставщики создавались для взаимодействия с обширной клиентской базой и сегодня уже накопили многолетний опыт работы с потребителями. Для сетевых компаний это совершенно новый вид деятельности, находящийся на этапе формирования необходимых бизнес-процессов. На построение эффективной системы взаимодействия с клиентской базой у электросетевых организаций могут уйти годы.
    Наличие двух договоров у потребителя вызывает дополнительные риски неплатежей энергосбытовым компаниям за использованную электроэнергию, в силу того что режим ограничения энергоснабжения вводится сетевыми предприятиями, которые обычно своевременно получают деньги за свои услуги. У потребителей, заключивших такой договор с сетевой организацией, появляется возможность без угрозы потери надежного энергоснабжения не оплачивать услуги энергосбытовой компании, что в итоге ведет к ухудшению платежной дисциплины на розничных рынках электроэнергии.
    Предложения о заключении прямых договоров от сетевых организаций направляются только платежеспособным предприятиям с достаточно большим объемом электропотребления. При этом у гарантирующего поставщика остается самая сложная, как правило, субсидируемая группа потребителей, что повышает риск неплатежей со стороны энергосбытовой компании. Как вариант и предложение для сетевых компаний — напрямую работать с проблемными потребителями и, пользуясь возможностью введения для них ограничений, взыскивать дебиторскую задолженность. Заключение прямых договоров с наиболее платежеспособными клиентами приводит к риску нарушения денежного потока у гарантирующих поставщиков и в итоге снижает надежность энергоснабжения в регионе.
    Переход на прямые договоры ставит под угрозу всю систему розничных рынков электрической энергии. Потребители, добросовестно оплачивающие услуги сетевой компании, но при этом являющиеся должниками гарантирующего поставщика (у гарантирующего поставщика отсутствуют механизмы взимания компенсации с сетевой компании в случае отказа от введения ограничений для такого потребителя), ставят перед сетевыми и энергосбытовыми компаниями трудноразрешимые вопросы. В условиях, когда гарантирующие поставщики добросовестно оплачивают услуги по передаче электрической энергии, заключение прямых договоров не принесет выгоду ни потребителям, ни сетевым организациям.
    Наличие прямых договоров также затрудняет расчеты между сбытовыми и сетевыми компаниями и является причиной неоплаты потерь сетевыми организациями. Результат — недостаточная финансовая устойчивость энергосбытовых компаний (гарантирующих поставщиков), которые к тому же находятся в условиях кассовых разрывов при добросовестной оплате покупки электроэнергии (мощности) на опте и неплатежей на розничном рынках, и снижение надежности энергоснабжения.
    Реформирование электроэнергетики направлено в том числе и на создание конкурентных розничных рынков электроэнергии в регионах. При этом между энергосбытовыми и сетевыми компаниями в логике реформы конкуренции быть не должно, так как это принципиально разные бизнесы. Тем более что оказание услуг по передаче электрической энергии является заведомо естественно-монопольным видом деятельности, а энерго­сбытовая деятельность — конкурентным. И это еще одно доказательство того, что прямые договоры между сетевыми организациями и потребителями ставят под угрозу развитие свободной конкуренции на розничных рынках электрической энергии. Потребитель же получает от прямых договоров только усложненную схему расчетов, псевдольготы, увеличение затрат и конечной стоимости электроэнергии.
    Николай Лясковец
    генеральный директор ОАО «Омская энергосбытовая компания»

    Клиентам энергопредприятия важно знать, что в цепочке «потребитель — транспортировщик — энергосбытовая организация» сетевая компания является «третьим лицом», которое гарантирующие поставщики привлекают для оказания услуг энергоснабжения конечному пользователю. Бесспорные преимущества взаимодействия потребителя с энергосбытовой организацией и заключение договора энергоснабжения состоят в следующем:
    - во-первых, все вопросы, связанные с транспортировкой электроэнергии, гарантирующий поставщик решает с сетевой компанией самостоятельно, действуя в интересах потребителя. Договором энергоснабжения с энерго­сбытовой компанией предусмотрено, что за качество и надежность процесса энергоснабжения гарантирующий поставщик несет договорную ответственность. Такой вид взаимоотношений позволяет потребителю переложить решение всех вопросов технологического характера (основной — коммерческие потери в сетях) на своего гарантирующего поставщика;
    - во-вторых, плата за услуги по передаче электроэнергии и за электроэнергию вносится на один адрес — гарантирующему поставщику, что упрощает процедуру расчетов за потребление электроэнергии.
    Андрей Буздалкин
    генеральный директор ОАО «Томская энергосбытовая компания»

    Заключение прямых договоров может подстегнуть рост неплатежей. Представим ситуацию: потребитель полностью исполняет свои обязательства перед сетевой компанией, но имеет задолженность перед гарантирующим поставщиком, попытки воздействия гарантирующего поставщика на потребителя путем введения ограничения могут быть проигнорированы сетевой компанией, при этом никаких рычагов воздействия на сетевую компанию у гарантирующего поставщика нет. Результат — рост неплатежей, необходимость привлечения гарантирующим поставщиком дополнительных кредитных ресурсов для покрытия кассовых разрывов и, как следствие, удорожание электроэнергии для конечных потребителей.
    Олег Молчан
    директор по оптовому рынку и технологической поддержке ОАО «Свердловэнергосбыт»

    Создание и функционирование «параллельной» абонентской службы в составе сетевых организаций для ведения таких договоров и расчетов с потребителями приводит к увеличению издержек, тарифа на услуги по передаче электроэнергии, затрат потребителей.
    Наличие пула прямых договоров услуг по передаче в регионе у сетевых организаций может привести к вытеснению и банкротству традиционных ГП и независимых сбытовых компаний и монополизации рынка сбыта предприятиями, тем или иным образом аффилированными как непосредственно с сетевыми организациями, так и с их менеджерами.
    Александр Беседин
    заместитель генерального директора — главный инженер ОАО «Белгородская сбытовая компания»

    По договору передачи ужесточаются условия для потребителей-одноставочников: сетевая организация предлагает им контроль мощности, что неминуемо приведет к росту платы. Ограничения могут быть введены при неоплате любого из договоров за вдвое меньшую сумму долга, чем по единому договору. В конце концов, при разделении договоров потребитель лишается квалифицированной технической, юридической помощи сбытовой компании и все вопросы по качеству и надежности электроснабжения вынужден решать самостоятельно, привлекая на эти цели дополнительные средства.