Легенды и мифы о свободной конкуренции

Рубрика:

Рынок

 

Автор

Лукерчик Ольга, Генеральный директор группы компаний «Комплексэнергосервис»

 

    Интервью с генеральным директором группы компаний «Комплексэнергосервис» Ольгой Лукерчик
    ЭР: Ольга Николаевна, в настоящее время в электроэнергетике наблюдается тенденция к консолидации активов. В этой связи достижение одной из основных целей реформирования отрасли — создание конкурентного рынка — оказывается под вопросом. Как вы оцениваете происходящие изменения?
    О. Л.: В результате системных преобразований сформировалась весьма пестрая структура собственников, при этом для многих из них электроэнергетика не является профильным видом бизнеса. Вместе с тем заявленная при реализации реформы демонополизация привела к отсутствию единого центра управления отраслью. Управленческий функционал в значительной степени рассредоточен между Минэнерго, Минэкономразвития, различными регулирующими и инфраструктурными органами. В том числе и по этой причине до сих пор не утверждены или постоянно видоизменяются многие основополагающие документы, включая Стратегические направления развития электроэнергетики.
    Очевидно, что ныне действующая переходная модель рынка неэффективна, вследствие чего и возникли предпосылки к консолидации энергоактивов. Тем не менее, на мой взгляд, данная тенденция связана не с ошибочным выбором целей и курса преобразований, а с далеко не идеальной организацией самого процесса реформирования после ликвидации РАО ЕЭС.
    ЭР: Какие проблемы вы могли бы выделить в качестве критически важных для становления рынка?
    О. Л.: Идеология развития любого рынка подразумевает наличие условий для свободной конкуренции его субъектов. Но даже введение с 1 января 2011 года 100-процентной либерализации ОРЭМ не означает создания таких условий, поскольку существующие механизмы ценообразования не в полной мере служат развитию конкуренции. Ценовые сигналы с оптового рынка должны корректно доходить до розничного сегмента и вызывать изменение спроса, в свою очередь адекватно отражающееся в динамике оптовых цен, что не обеспечивается нынешней схемой.
    Практикуемый механизм формирования цены усложняет взаимодействие сторон на РРЭ, делая весь процесс менее понятным. Не секрет, что основным средством капитализации прибыли гарантирующего поставщика, например, выступает не формально определенная сбытовая надбавка, а иные — неформальные — составляющие его деятельности на ОРЭМ и РРЭ.
    Помимо этого, существование самого института ГП становится проблематичным. Повсеместный рост дебиторской задолженности, добравшийся в масштабах страны весной этого года почти до отметки в 100 млрд рублей, отсутствие четкой нормативной базы и оперативного контроля усугубляются тупиковой ситуацией в вопросах лишения субъектов статуса ГП и передачи этого статуса другой организации: механизм в правилах розничного рынка недостаточно прописан.
    Еще одной критически важной проблемой можно назвать состояние коммерческого учета. Согласно Постановлению Правительства РФ № 530 потребители с присоединенной мощностью 750 кВА и выше обязаны иметь для обеспечения расчетов с гарантирующим поставщиком приборы учета, которые позволяют измерять расход электрической энергии каждые полчаса. Сегодня процент предприятий, подпадающих под действие ПП РФ № 530 и внедривших автоматизированную систему соответствующего класса, составляет максимум 30%. В подобных обстоятельствах говорить о конкурентном рынке едва ли возможно. Строгие требования к АИИС КУЭ утверждены для субъектов оптового рынка. В рознице требования несопоставимо проще, ниже. Этим фактором обусловлена незаинтересованность потребителя в установке средств коммерческого учета, в повышении прозрачности, точности расчетов, в их осуществлении не по объемам прошлых лет, а с помощью измерительных систем.
    ЭР: Вы упомянули о росте дебиторской задолженности в сбытовом сегменте. Какие меры следует разработать для минимизации этого риска?
    О. Л.: Ослабление платежной дисциплины сбытовых компаний влечет сбой в деятельности всего рынка. Сбыты транслируют задолженность на сети, на генерацию и т. д. Между тем один из эффективных способов хеджирования риска неплатежей был озвучен уже достаточно давно во всех инстанциях, включая государственные и отраслевые. Имеется в виду гражданско-правовой институт поручительства — надежный инструмент обеспечения исполнения обязательств. В качестве главных поручителей предлагались кандидатуры ряда крупнейших и обладающих общефедеральной сетью финансовых институтов. В случае неисполнения организациями условий договора энергоснабжения в части оплаты энергии активы должников должны переходить на баланс поручителя. А если плохо работает сбыт, не в состоянии собрать долги, значит, в дальнейшем это будут делать другие компании.
    Такая модель способствует повышению прозрачности взаимоотношений на рынке, в целом же проблема задолженности может быть урегулирована с помощью весьма разнообразного арсенала финансовых инструментов и не должна замалчиваться, как это происходит сейчас.
    ЭР: Как вы относитесь к обсуждаемым на разных уровнях различным вариантам концепции развития розницы?
    О. Л.: Базовыми принципами целевой модели розничного рынка должны стать реальная конкуренция сбытовых компаний за потребителей, свободная смена абонентами поставщиков электроэнергии, надежное энергоснабжение и неукоснительная платежная дисциплина, повсеместное внедрение систем коммерческого учета.
    Однако большинство обсуждаемых концепций не решают всего комплекса перечисленных задач. По существу, разница между ними лишь в нюансах распределения финансовых потоков между заинтересованными сторонами, лоббирующими тот или иной вариант.
    ЭР: Еще одна активно обсуждаемая сегодня тема — энергосбережение и энергоэффективность. Что, по вашему мнению, необходимо предпринять, чтобы энергосбережение стало результативным направлением развития энергетики?
    О. Л.: Федеральный закон № 261 «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности» является логичным продолжением стратегической программы развития энергетики в рамках достижения главной цели — модернизации российской экономики. Прежде чем заниматься различными нововведениями, необходимо провести, скажем так, апгрейд существующего оборудования, оптимизировать издержки предприятий. Закон определяет стратегический вектор движения. От того, насколько комплексно и детально в последующих нормативных актах, правительственных постановлениях будет прописан инструментарий экономии, а также различные выгоды для организаций, занимающихся энергосбережением, зависит результативность всего комплекса мер. Это касается вопросов налогообложения на ввоз нового энергосберегающего оборудования, критериев энергоемкости, перечня льгот по налогу на имущество и т. д. Как у энергетиков, так и у потребителей должна быть реальная мотивация для экономии энергоресурсов.
    Ведь есть уже печальный опыт. В качестве стимула для малого и среднего бизнеса еще в 2008 году вышел приказ Минэкономразвития № 119 «О мерах по реализации мероприятий по государственной поддержке малого предпринимательства». На его основе во многих областях страны предлагалась весомая государственная помощь предприятиям, внедряющим энергосберегающие технологии, в частности компенсация до 50% затрат, например, на внедрение приборов учета топливно-энергетических ресурсов, перевод котельных на газ, замену ламп накаливания на инновационные источники освещения. Но желающих воспользоваться льготами оказалось немного. Так, в Астраханской области в течение 2009 года и первого полугодия 2010-го было подано всего лишь около 20 заявок, а согласовано и того меньше.
    Еще одна проблема — нехватка профессиональных энергоаудиторов, аттестованных в сооответствии с требованиями ФЗ № 261. Будучи членом рабочей группы по энергоэффективности и энергосбережению при постоянном представителе Президента РФ в Приволжском округе, могу сказать, что по первым подсчетам для реализации поставленных целей в указанные сроки только для ПФО потребуется как минимум 2,5 тысячи специалистов, прошедших обязательную переподготовку.
    ЭР: В контексте вышесказанного какими вам видятся перспективы развития электроэнергетики?
    О. Л.: Нам всем нужно учитывать, что электроэнергетическая отрасль создавалась в условиях централизованной системы управления экономикой. Именно по этой причине настолько сложно сегодня увязывать управляемость с конкуренцией.
    Для дальнейшего позитивного развития необходимо найти баланс, «золотую середину» между интересами государства и устремлениями бизнеса, собственников.
    Также в числе приоритетов — усиление роли в ценообразующих процессах рынка самих потребителей, особенно промышленных предприятий. Чем выше будет их культура потребления, чем жестче они начнут контролировать и планировать свои затраты, тем более эффективной для развития экономики станет конкуренция бизнес-структур в электро­энергетике.