О возможных последствиях исключения Мурманской области из ценовой зоны ОРЭМ

 

Авторы

Преснов Алексей, Председатель совета директоров ОАО «Колэнергосбыт»

Чирикин Артем, Начальник управления рынка ООО «КРЭС-Альянс»

 

    Вопрос перехода Мурманской области из ценовой зоны оптового рынка электро­энергии в неценовую зону стоит уже не первый год. Индикативные цены регулируемых договоров на ОРЭМ, рассчитанные ФСТ для Мурманской области еще в 2007 г., превысили принятую региональным тарифным регулятором для гарантирующих поставщиков средневзвешенную стоимость покупки в оптовом и розничном сегментах рынка на 51%. Область, традиционно славившаяся низкими тарифами на электро­энергию и имеющая на своей территории эффективную атомную и гидрогенерацию, в одночасье оказалась получателем средств в рамках так называемого межтерриториального перекрестного субсидирования. В свою очередь субсидии стали предоставляться федеральным центром под обязательства опережающего роста тарифов на розничном рынке по сравнению с оптовым с выходом на средний уровень по Первой ценовой зоне к 2011 г.
    У региональной администрации возникла дилемма: либо принять действующую модель рынка электроэнергии и начать комплексную трудную и непопулярную работу по повышению энергоэффективности экономики области, либо попытаться найти формальные основания для перевода региона в неценовую зону и отодвинуть процесс включения его в общий энергетический рынок. Последний вариант, конечно, был более привлекателен, поскольку, во-первых, сохранял в распоряжении администрации гораздо больше рычагов влияния на тарифы, а во-вторых, позволял оставить решение проблемы роста цен на электроэнергию «на потом».
    Именно он и был принят за основу политики в сфере электроэнергетики, проводившейся руководством области в последние два года. Эта политика включала в себя регулярные публичные заверения в том, что вопрос выхода в неценовую зону вот-вот решится, а потому весь этот непонятный рынок с его моделями и проблемами у нас временно, и никакой системной работы по улучшению платежной дисциплины, по ликвидации «перекрестки», по снижению энергоемкости производства проводить не нужно. Сущностная же часть состояла в кулуарных контактах чиновников администрации области с представителями федеральных ведомств в Москве, от позиции которых зависит решение вопроса о выводе региона в неценовую зону. В качестве доказательной базы была представлена серьезная работа экспертов ООО «Энергоконсалт» — ее основные тезисы излагались на страницах апрельского номера журнала «Энерго-
    Рынок» в статье «Об особенностях ценообразования на рынке электро­энергии Мурманской области».
    Это, кстати, было одно из первых публичных выступлений на данную тему. Прежде какой-либо содержательной дискуссии ни среди широкой общественности, ни среди профессионалов не отмечалось, за исключением конференции по проблемам электроэнергетики Северо-Запада в феврале 2009 г. в Финляндии, где вопрос обсуждался по инициативе ОАО «Кол­энергосбыт».
    Смена губернаторской команды в Мурманской области в марте 2009 г. в этом смысле ничего не изменила — после некоторого вполне понятного затишья работа в последнее время даже активизировалась: в аппарате Правительства РФ состоялись совещания с участием специалистов Мин­энерго, Минэкономразвития, ФСТ, НП «Совет рынка», Концерна «Энергоатом», ООО «Энергоконсалт», а также ООО «Русэнергосбыт» — компании, занимающей 3% регионального рынка. Довольно странно, что представители ОАО «Колэнерго­сбыт» — гарантирующего поставщика электроэнергии в Мурманской области, обеспечивающего около 80% общего энергобаланса, — на эти совещания приглашены не были. Организация, непосредственно отвечающая за энергоснабжение подавляющего большинства потребителей на всей территории региона и знающая нюансы действующей модели рынка электроэнергии изнутри, по сути, оказалась отстранена от обсуждения важнейшей для будущего области проблемы.
    Между тем мы полагали и полагаем, что подобные решения должны приниматься после широкого и гласного обсуждения с привлечением практиков, так как последствия окажут влияние на системные вопросы реформирования отрасли в целом. Да и дискуссия полезна в любом случае. Вот почему мы посчитали своим долгом высказаться по данной теме на страницах профессионального издания.
    В упомянутой статье коллеги из ООО «Энергоконсалт» подробно изложили свою позицию в части изменения статуса области. Ключевым тезисом рассуждений наших оппонентов стал постулат об изначально низкой стоимости электроэнергии (мощности) в Кольской энергосистеме. Это, по широко распространенному мнению, обусловлено наличием здесь Кольской АЭС и пяти каскадов ГЭС, принадлежащих ОАО «ТГК?1», в сумме обеспечивающих свыше 95% энергопотребности региона. Так ли это на самом деле?
    Мы считаем, что миф, основанный на упрощенном понимании процесса формирования себестоимости электроэнергии и мощности, не соответствует нынешним рыночным реалиям.
    Действительно, сравним индикативные цены (тарифы) в северо-западной части Первой ценовой зоны (см. табл. 1).
    Что отражают и насколько точно они рассчитываются ФСТ — тема отдельного разговора, однако ясно, что это попытка создания взаимоприемлемых условий работы потребителей и генераторов в масштабах всей страны. Региональные особенности, связанные с производством электрической и тепловой энергии, учитываются именно путем дифференциации индикативных цен в субъектах Российской Федерации.
    Очевидно, что Мурманская область при самой низкой в СЗФО стоимости электроэнергии (как товара) отнюдь не является регионом с наиболее дешевыми электроэнергией и мощностью как совокупностью двух товаров, поскольку и ГЭС, и особенно АЭС имеют весьма высокие показатели стоимости мощности, отражающие условно-постоянные расходы на ее содержание. Если же мыслить в категориях рынка новой мощности, которого пока нет, то эти показатели окажутся еще выше.
    В данной связи уместно вспомнить, что когда-то, в 70-х гг. прошлого века, в Мурманской области был построен каскад Териберских ГЭС и почти одновременно введен в строй крупнейший за Полярным кругом тепличный комбинат, практически бесплатно снабжавшийся электроэнергией в объемах, как раз равных отпуску с этого каскада. Все гордились выращенными на Севере виноградом и арбузами, но забывали, что в цену этих товаров вообще-то нужно заложить стоимость затрат на строительство каскада ГЭС.
    Времена изменились, а стереотипы мышления, к сожалению, остались. Сегодня из-за вышеупомянутого межтерриториального перекрестного субсидирования стоимость электроэнергии (мощности) для розничных потребителей Мурманской области по-прежнему оказывается существенно ниже экономически обоснованной цены.
    Сравним индикаторы формирования конечных тарифов на розничных рынках Мурманской и Псковской областей, используя данные постановлений соответствующих РЭК (табл. 2).
    При близких по значению приведенных к одноставочным тарифам величинах индикативной стоимости электроэнергии (мощности), мы имеем существенно различающиеся величины средневзвешенной стоимости покупки единицы электрической энергии (мощности), учитываемые при расчете тарифов. Если предположить, что индикативные цены по регионам не взяты ФСТ «с потолка», а розничные тарифы в Псковской области экономически обоснованы, то можно сделать вывод, что в Мурманской области одноставочный тариф субсидируется сегодня на 25%. В двуставочном же тарифе электрическая энергия субсидируется почти на 70%! Однако именно исходя из уровня сегодняшней субсидируемой розничной цены делается вывод о низкой себестоимости электроэнергии в Мурманской области. Далее этот вывод приводится в качестве основного аргумента в пользу «замораживания» рынка и выхода в неценовую зону.
    В конце сентября УТР Мурманской области внесло изменения в порядок установления тарифов на электрическую энергию, разбив средневзвешенную стоимость ее приобретения по числу часов использования. Тем не менее результаты сравнения являются показательными.
    При обсуждении юридических и экономических предпосылок перехода региона в НЦЗ обычно фигурируют два довода: наличие сетевых ограничений по передаче электроэнергии за пределы области и отсутствие конкуренции между генераторами (Кольской АЭС и каскадами ГЭС) в силу технологических особенностей функционирования указанных станций. Оба довода в соответствии с законом «Об электроэнергетике» действительно являются основанием для введения государственного регулирования. Но эти обстоятельства существовали и на момент опубликования Правил оптового рынка переходного периода, установивших принадлежность субъектов РФ к ЦЗ и НЦЗ, и Мурманская область была отнесена к Первой ценовой зоне.
    Что изменилось? Только то, что транзитные ограничения в Карелию были снижены, а возможности для перетоков возросли. Строительство второй цепи так называемого «Северного транзита», связывающего Кольскую энергосистему с ЕЭС России, продолжается. В 2007 г. со­оружены первый участок второй цепи — линия электропередачи 330 кВ Кольская АЭС — ПС «Княжегубская» и сама подстанция 330 кВ «Княжегубская». На втором участке построена ЛЭП 330 кВ «Княжегубская» — «Лоухи», заканчивается возведение подстанции 330 кВ «Лоухи». Завершение строительства второй цепи «Северного транзита», согласно инвестпрограмме ОАО «ФСК ЕЭС», намечено на 2010 г. и включает ввод в эксплуатацию линий электропередачи 330 кВ ПС «Лоухи» — Путкинская ГЭС и Путкинская ГЭС — Ондская ГЭС. С вводом этих линий в строй пропускная способность сечений, связывающих Кольскую и Карельскую энергосистемы, увеличится до 1 050 МВт, то есть практически в 2 раза. Даже если строительство затянется на год-два, область будет очень близка к кардинальному решению проблемы ограниченности сечения.
    Что касается конкуренции генераторов, то мы не думаем, что в этом плане наш регион сильно отличается от других субъектов СЗФО. Ведь проблема не только и не столько в диспетчерском графике, сколько в механизме подачи заявок и генераторами, и покупателями. Ясно, что ценопринимание в значительной степени снижает потенциал рыночных механизмов ценообразования. Как найти баланс между технологическими особенностями загрузки генераторов и обеспечением конкурентных условий на рыночных площадках — тема отдельного разговора.
    Коллеги из ООО «Энергоконсалт» в той же статье привели сравнение электрических связей с Первой ЦЗ энергосистем Республики Коми, Архангельской и Мурманской областей. На наш взгляд, это является не совсем корректным. Дело в том, что функционирование указанных энергосистем (без Мурманской области) происходит в ситуации относительной территориальной замкнутости и дефицита электроэнергии; в Мурманской области, как известно, наблюдается избыток электроэнергии. Не очень корректно, по нашему мнению, сравнивать и отношение показателей установленной мощности к пропускной способности по перетокам, так как в каждом регионе сложились разные условия резервирования, связанные с топологией сети и характером нагрузки. Более правильным будет сравнение отношения величин максимальной используемой мощности к перетокам, и здесь Мурманская область уже сегодня имеет коэффициент порядка 30%.
    Напомним также, что дифференциация субъектов РФ по признаку вхождения или невхождения в состав ЦЗ установлена Правилами оптового рынка переходного периода, действие которых прекращается в 2011 г. Не исключено, что в целевой модели оптового рынка подобное разделение будет отсутствовать, а цено­образование во всей ЕЭС России станет осуществляться на основе рыночных принципов.
    Специалисты НП «Совет рынка» произвели оценку финансового результата участия потребителей в работе ОРЭМ (в ЦЗ и НЦЗ). В таблице 3 приведены общие обязательства ЭСК Мурманской области при различных вариантах функционирования Кольской энергосистемы в составе ОРЭМ. В расчетах были приняты следующие допущения:

  • в случае нахождения в составе ЦЗ не учитывались обязательства по регулируемым договорам, то есть предполагалось, что весь объем электроэнергии приобретается по ценам, сложившимся на рынке «на сутки вперед», а объем мощности — по договорам ГЭС/АЭС и СДЭМ (при этом в качестве стоимости 1 МВт использовалась предварительная средневзвешенная цена мощности по результатам КОМ);
  • в случае нахождения в составе НЦЗ (с учетом перетока в ЦЗ) принималась во внимание стоимость объема перетока электроэнергии (мощности) на границе с ЦЗ;
  • в случае нахождения в составе НЦЗ (без учета перетока в ЦЗ) не принималась во внимание стоимость объема перетока электро­энергии (мощности) на границе с ЦЗ. В данном варианте весь объем НВВ производителей покрывается за счет потребителей региона.
    Из приведенных в таблице 3 данных следует, что результат участия покупателей (ЭСК региона) в НЦЗ будет зависеть от объема перетока в ЦЗ, учитываемого ФСТ РФ при утверждении тарифов поставщиков НЦЗ. Если вся необходимая валовая выручка поставщиков станет формироваться за счет потребителей региона — эти самые потребители в Мурманской области вообще не получат никакого выигрыша от участия в НЦЗ.
    Надо отметить также следующее: то, что торговля электрической энергией (мощностью) на территориях, не объединенных в ценовые зоны оптового рынка, осуществляется по регулируемым тарифам (в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 26.02.2004 г. № 109 «О ценообразовании в отношении электрической и тепловой энергии в РФ»), — вовсе не означает, что за весь объем полученной электроэнергии (мощности) крупные потребители (свыше 750 кВА) в НЦЗ станут платить какую-то фиксированную цену. Правилами функционирования розничных рынков для них предусматривается выполнение обязательных требований к средствам коммерческого учета электроэнергии. До конца 2009 г. будут приняты законодательные акты, определяющие порядок оплаты отклонений фактических объемов электроэнергии (мощности) от договорных, а также методика возмещения расходов ЭСК в связи с изменением договорного объема такими потребителями.
    Остановимся еще на одном немаловажном обстоятельстве — неизбежности возвращения в ЦЗ. Если переход в неценовую зону создаст проблемы в первую очередь АТС, генераторам, сбытам, регуляторам, то запоздалое восстановление нормальных рыночных механизмов цено­образования скажется, прежде всего, на потребителях Мурманской области и на ее экономике. Все возможные плюсы ввода регулируемых тарифов на достаточно короткий срок, на наш взгляд, с лихвой нивелируются неминуемым «ушатом холодной воды», каковым станет последующая мучительная интеграция региона в общее рыночное пространство. Уже сейчас стоимость электроэнергии по свободным ценам примерно в 2 раза превышает регулируемый тариф (как было сказано, в том числе и по причине межтерриториального перекрестного субсидирования). Временная «консервация» статус-кво на розничном рынке, вероятнее всего, приведет к тому, что разница в 2011 г. окажется трехкратной.
    Подведем итог. В соответствии с Федеральным законом «Об электро­энергетике» фундаментальными принципами организации экономических отношений в данной сфере являются:
  • свобода экономической деятельности и единство экономического пространства;
  • соблюдение баланса экономических интересов поставщиков и потребителей электрической энергии;
  • использование рыночных отношений и конкуренции в качестве ключевых инструментов формирования устойчивой системы удовлетворения спроса на электрическую энергию при обеспечении ее надлежащего качества и минимизации стоимости;
  • создание недискриминационных и стабильных условий для осуществления предпринимательской деятельности.
    Исключение Мурманской области из состава ценовой зоны оптового рынка приведет, несомненно, к нарушению этих принципов, ущемлению интересов как потребителей, так и поставщиков на территории Кольской энергосистемы. Более того, такое решение подрывает общефедеральные основы реформирования электро­энергетики и способствует не консолидации, а развалу общего экономического пространства страны.