«Крупнейшим системным операторам мира есть чемуу нас поучиться»

 

Автор

Федоренко Юрий, Директор по инновациям ОАО «СО ЕЭС»

 

    Интервью с директором по инновациям ОАО «СО ЕЭС» Юрием Федоренко
    На протяжении многих лет оперативно-диспетчерское управление является одной из наиболее инновационных сфер электроэнергетики. Не будет преувеличением сказать, что Системный оператор и все его предшественники: ЦДУ ЕЭС СССР, ЦДУ ЕЭС в составе РАО «ЕЭС России» занимались инновациями всегда и постоянно. Процесс совершенствования технологий сопровождает систему диспетчерского управления на протяжении всей ее истории — с 1921 г., когда у диспетчера еще не было диспетчерского щита, а об аварийном отключении генерации узнавали по миганию электрических лампочек в помещении, до современности с ее математическими моделями, программно-аппаратными комплексами, диспетчерскими щитами и цифровыми каналами связи. В 2011 г. ОАО «Системный оператор Единой энергетической системы» впервые разработал программу инновационного развития компании. Она охватывает период 2011—2016 гг. с перспективой до 2020 г. О том, что такое инновации в современном оперативно-диспетчерском управлении, мы беседуем с директором по инновациям ОАО «СО ЕЭС» Юрием Федоренко.
    ЭР: Юрий Павлович, зачем Системному оператору инновационная программа, если такое направление, как НИОКР, всегда было представлено в компании и составляло основу процессов развития технологий оперативно-диспетчерского управления?
    Ю. Ф.: Инновационная программа — это требование времени. Во-первых, не секрет, что катализатором ее разработки в Системном операторе и еще в 47 российских компаниях, таких как Федеральная сетевая компания, Росатом, Холдинг МРСК, РусГидро, РАО ЕЭС Востока, Иркутскэнерго и др., стало государство. В январе 2011 г. Президент России провозгласил инновационное развитие одним из государственных приоритетов и дал поручение акционерным обществам с государственным участием, государственным корпорациям и федеральным государственным унитарным предприятиям разработать программы инновационного развития.
    Во-вторых, программа инновационного развития — закономерный этап небольшой пока истории развития ОАО «СО ЕЭС». За 9,5 лет со дня основания наша компания прошла несколько этапов развития. Сначала — создание единой вертикали оперативно-диспетчерского управления в ЕЭС России. На этом этапе осуществлялся «сбор под одной крышей» региональных диспетчерских центров, до этого относившихся к АО-энерго. Следующим этапом развития стала «технологическая унификация» оборудования, программного обеспечения, деловых процессов и условий работы филиалов компании. Этот процесс продолжается до сих пор, в его рамках строятся и оснащаются новые здания региональных диспетчерских управлений, внедряется корпоративное программное обеспечение для основных технологических процессов. Следующим шагом, свидетельствующим о зрелости компании, должна стать систематизация деятельности по совершенствованию и развитию технологии централизованного диспетчерского управления электроэнергетическим режимом ЕЭС России, а именно — создание системы управления инновационным развитием.
    ЭР: Каков объем финансирования инновационной программы и на что пойдут эти средства?
    Ю. Ф.: Программа предусматривает финансирование инновационной деятельности в размере 11 517 млн руб. в период с 2011 по 2020 г. Это примерно 3,2% от объема выручки компании, что соответствует мировой практике инновационного развития и рекомендациям Минэкономразвития РФ. Расходы пока детально расписаны по работам до конца 2012 г., а на период 2013—2020 гг. нам предстоит ежегодно уточнять объемы затрат с разбивкой по статьям и титулам работ. Направления развития четко определены и продиктованы общей логикой развития Системного оператора. В общей сложности программа определяет порядка десяти ключевых направлений развития, по которым в 2011 г. запущено более 60 инновационных работ.
    ЭР: Какие направления инновационного развития считаются наиболее важными для Системного оператора?
    Ю. Ф.: К числу особо значимых можно отнести, например, создание и развитие систем режимной автоматики, и прежде всего унифицированного программного комплекса центральной системы автоматического вторичного регулирования частоты и перетоков мощности (ЦС АРЧМ) в ЕЭС России и модификацию на его базе установленных в объединенных диспетчерских управлениях централизованных систем АРЧМ. Эти системы будут функционировать на базе нового оперативно-информационного комплекса ОИК СК-2007 и подключать к регулированию и ГЭС, и энергоблоки тепловых станций.
    Список прорывных направлений включает в себя также создание и развитие систем противоаварийной автоматики, и в том числе важную часть этого процесса — разработку стандартов и методик в сфере противоаварийной автоматики и системной надежности при управлении режимом. Создание центральной системы противоаварийной автоматики (ЦСПА) третьего поколения, обладающей новым качеством оценки состояния режима и расчета управляющих воздействий по условиям обеспечения динамической устойчивости, — тоже одно из прорывных направлений. К ним относится и беспрецедентный проект внедрения в ЕЭС России центральной координирующей системы противоаварийной автоматики, которая будет в автоматическом режиме координировать действия ЦСПА в объединенных энергосистемах с целью оптимизации параметров настройки противоаварийной автоматики для минимизации управляющих воздействий, в том числе минимизации объемов отключения нагрузки потребителей.
    Одно из ключевых направлений технологического развития, которому уделяется большое внимание, — создание и развитие в ЕЭС России системы мониторинга переходных режимов (СМПР) на основе перспективной технологии синхронизированных по времени векторных измерений параметров электрического режима. Работа по изучению и внедрению технологии векторных измерений началась с момента образования ОАО «СО ЕЭС». В качестве «пробного шара» был успешно реализован пилотный проект по размещению устройств СМПР первого поколения, затем в 2009 г. создана система мониторинга запасов устойчивости в северных районах Тюменской энергосистемы. Сейчас идет реализация пилотного проекта по внедрению векторных регистраторов параметров режима второго поколения. Внедрение систем СМПР на объектах всех ОЭС позволило Системному оператору впервые провести верификацию динамической модели ЕЭС России и снизить системные ограничения на передачу мощности по транзитным межсистемным сечениям.
    С 2007 г. в Системном операторе ведется работа по совершенствованию программных средств и деятельности по выбору состава включенного генерирующего оборудования (ВСВГО). Это один из основных видов деятельности Системного оператора, лежащий в основе формирования диспетчерского графика, и важная часть программы инновационного развития. В 2011 г. инновации в этой сфере заключаются в создании алгоритма ВСВГО для выбора состава оборудования неблочных частей ТЭЦ, т.е. турбогенераторов и котлов, работающих на общий паропровод. Такие тепловые схемы повышают надежность работы ТЭЦ, но серьезно усложняют составление для них диспетчерских графиков из-за необходимости учета множества параметров и условий совместного производства электроэнергии и тепла.
    ЭР: Учитывает ли инновационная программа развитие сетей Smart Grid?
    Ю. Ф.: Безусловно, учитывает. В первую очередь — развитие и применение технологии векторной регистрации параметров режима, а также расширение арсенала управляющих воздействий противоаварийного управления. Последнее направление предусматривает, кроме стандартных управляющих воздействий — отключения генерации и нагрузки потребителей, введение новых управляющих воздействий. В частности, речь идет об импульсной и длительной разгрузке турбин тепловых станций, а также об управлении активно-адаптивными элементами сети и регулирования режимов (вставок постоянного тока, фазоповоротных устройств, устройств FACTS), которые скоро будут входить в арсенал «умных» сетей.
    ЭР: Можно ли в отношении Системного оператора говорить об импортозамещении — одной из важных задач, поставленных правительством и тесно связанной с темой инноваций?
    Ю. Ф.: Импортозамещение подразумевает скорее организацию производства конкурентоспособных отечественных товаров, промышленного оборудования и т.п., а у нас другой вид деятельности. Наши инструменты — компьютеры, программно-аппаратные комплексы, коммутаторы связи и диспетчерские средства коллективного отображения информации. Но инновационная программа предполагает создание ряда корпоративных программно-аппаратных комплексов, позволяющих в будущем отказаться от дорогого и не всегда удобного зарубежного программного обеспечения. К примеру, швейцарский программно-аппаратный комплекс по расчету динамической устойчивости в перспективе будет заменен на современный корпоративный, специально изготовленный по заказу Системного оператора. Новым софтом смогут пользоваться специалисты по управлению режимами не только в исполнительном аппарате и в объединенных диспетчерских управлениях, но и во всех 59 региональных диспетчерских управлениях.
    ЭР: Инновационная деятельность в России — довольно новое направление. Где Системный оператор нашел специалистов для работы в этой сфере и как намерен искать их при возникновении такой необходимости в будущем?
    Ю. Ф.: Организация инновационной деятельности — это, по сути, управление проектами. Проектному менеджменту учат в вузах, на курсах переподготовки и повышения квалификации, в бизнес-школах, в том числе и по программам МBА. Поэтому здесь возможны два пути. Первый — взять на работу специалиста по управлению проектами. Но при этом ему надо будет разобраться в технологиях работы и специфике Системного оператора, чтобы внедрять инновационные решения. Второй путь — научить сотрудника Системного оператора, который хорошо разбирается в деятельности компании, управлять проектами.
    Мы пробовали проводить подбор персонала на рынке труда и столкнулись с тем, что там хороших специалистов по инновациям найти можно, но они не знают специфики Системного оператора. Поэтому мы пошли по усредненному пути: сейчас в подразделениях, занимающихся организацией инновационного процесса, трудятся и специалисты Системного оператора, которые ранее работали в других подразделениях, и вновь пришедшие специалисты. Идет процесс взаимного обмена опытом, а в будущем году для сотрудников отдела инновационной деятельности запланировано обучение управлению инновационными проектами.
    ЭР: Руководство Системного оператора неоднократно признавало, что на рынке ощущается нехватка внешних разработчиков, способных создавать полезные инновации для компании. Всегда ли Системный оператор в инновационной деятельности ориентируется на готовые предложения разработчиков?
    Ю. Ф.: Такая проблема, безусловно, существует. В первую очередь она обусловлена спецификой деятельности Системного оператора, перед которым зачастую ставятся уникальные стратегические отраслевые задачи. Например, целевой рынок мощности. Его не было в стране до 2011 г., но в соответствии с постановлением правительства надо было решать поставленную задачу, внедрять рыночные механизмы отбора мощности и оплаты этой мощности на оптовом рынке. Причем так, чтобы это было эффективно, с одной стороны, технически, а с другой — финансово. Программного обеспечения для обеспечения такой работы в принципе не существовало.
    ЭР: И как вышли из положения?
    Ю. Ф.: Как обычно — разработали с нуля, начиная с технического задания. Искали потенциальных исполнителей. В итоге программное обеспечение, связанное с конкурентным отбором мощности, разработала фирма «Вебсофт Энергоконсалт».
    ЭР: То есть Системный оператор сам для себя создает рынок услуг разработчиков?
    Ю. Ф.: По сути, так и есть. Рынок этот неизбежно формируется, и чем дальше — тем больше. К примеру, когда-то фирма «Монитор Электрик», разработавшая по заказу Системного оператора режимный тренажер «Финист», была малоизвестной. Сейчас их продукцией заинтересовался ряд американских энергетических компаний, и она выходит на американский рынок режимных тренажеров.
    Существует другая, более серьезная, чем недостаток разработчиков, проблема — конкурсные процедуры, по которым мы выбираем подрядчиков. Дело в том, что инновационный процесс сильно отличается от покупки офисных товаров, компьютеров и т.п. в первую очередь долгосрочностью и сложностью контрактов. Для того чтобы компания-подрядчик могла сделать качественный инновационный проект в такой сложной сфере, как технологическое обеспечение оперативно-диспетчерского управления, ей зачастую нужно создать у себя новый центр компетенции: закупить оборудование, привлечь высококвалифицированных специалистов. А что им делать после выполнения работ по контракту? Логично предположить, что наработанные компетенции могут использоваться для дальнейшего сотрудничества с Системным оператором. Но продолжение сотрудничества — это снова участие в конкурсах на общих основаниях.
    ЭР: Но ведь современная система закупочной деятельности, в том числе и в сфере НИОКР, базируется на принципе конкуренции, которая позволяет минимизировать издержки и оптимизировать финансовые затраты. Вы предлагаете это принцип нарушить?
    Ю. Ф.: Нет. Но при выборе подрядчиков для инновационных проектов Системного оператора ценовой фактор оказывается не самым главным. Часто важнее бывает наличие прежнего положительного опыта работы в интересах Системного оператора. К тому же при существующей системе закупочной деятельности, по сути, отсутствует система защиты от подрядчиков, которые работают не в интересах Системного оператора. Это, во-первых, фирмы, которые интересует не продукт, а только собственное кратковременное обогащение. Во-вторых, это дилеры и филиалы иностранных производителей, которые соглашаются на все условия, прописанные в техзадании, а потом берут готовый продукт своей головной фирмы и пытаются более-менее (чаще все-таки менее) успешно адаптировать его под задачи заказчика.
    Мы предлагаем на государственном уровне учитывать эту ситуацию и при сохранении принципа конкуренции и прозрачности закупочных процедур вводить в условия элементы success story, т.е. истории успеха сотрудничества с компаниями. Фирма должна подтвердить, что она компетентна в нужной области, что у нее есть научные и высококвалифицированные инженерные кадры, соответствующее оборудование. Это позволит формировать отношения с подрядчиками на долгосрочной основе, привлекать компании, которые дорожат и своей репутацией, и репутацией заказчиков, понимают, для кого они делают продукт, важность этого продукта и степень ответственности.
    Подобный подход практикуется на Западе. Так, в США российские компании-разработчики сталкиваются с настороженностью со стороны потенциальных заказчиков, потому что у них пока нет истории успеха на американском рынке. При всей выгодности цены российской продукции и наличии у американских компаний закупочных процедур, мало кто из них готов взять на себя бремя пилотного проекта. Почему бы такой механизм не использовать и в России?
    ЭР: Разрабатывая программу инновационного развития, учитывали ли вы опыт крупнейших зарубежных системных операторов? Как выглядит ОАО «СО ЕЭС» в плане технологического развития в сравнении с этими компаниями?
    Ю. Ф.: Системных операторов в мире не так много, и каждый уникален. Например, в американском PJM Interconnection акцент делается на информационные технологии, поддержку информационной модели, сбор и обработку информации. В этой области нам есть что от них взять. У сетевого оператора Великобритании — компании National Grid развиты торговые инструменты, связанные с управлением режимами в условиях рынка. И здесь можно перенять опыт по обеспечению работы конкурентного рынка электроэнергии и мощности.
    ЭР: А у ОАО «СО ЕЭС» есть наработки, которые могли бы быть интересны иностранным компаниям?
    Ю. Ф.: Думаю, что и крупнейшим системным операторам мира есть чему у нас поучиться, например созданию систем противоаварийного управления. Централизованные комплексы противоаварийной автоматики — большая редкость для мировой энергетики, т.к. сети большой протяженности на переменном токе, такие как в России, — редкое явление в мировой энергетике. У нас можно поучиться методам и алгоритмам противоаварийного и режимного управления. Также мы стараемся идти в ногу со временем в области создания и применения систем мониторинга и управления на основе технологии синхронизированных векторных измерений параметров режима. А кроме того, уникальна и сама система централизованного диспетчерского управления электроэнергетическим режимом в масштабах огромной синхронной зоны — России, СНГ и Балтии. К примеру, в США нет централизации диспетчерского управления энергосистемами в рамках страны. У них несколько системных операторов, у каждого своя территория, и каждый, хоть и входит в ассоциацию системных операторов, но имеет свои особенности в технологии, деловых процессах, свою специфику. К тому же там иные требования к надежности и устойчивости. В России требования более строгие, учитывающие отключение из исходной схемы еще одного элемента, при этом требования к сохранению устойчивости за редким исключением остаются обязательными. На таких принципах у нас строится вся технология планирования ремонтов и диспетчерского управления электроэнергетическим режимом ЕЭС России.