«В России законодательство об обязательном страхованииза счет средств потребителей разрабатывается и реализуется без их участия и учета их интересов»

 

Автор

Лайков Алексей, Генеральный директор страхового брокера «РИФАМС», к. э. н.

 

    27 июля 2010 г. был принят Федеральный закон № 225 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте». Согласно закону владельцы опасных производственных объектов (ОПО) обязаны страховать гражданскую ответственность на весь срок эксплуатации таких объектов. Под действие закона подпадают крупные и малые ОПО, где производятся, используются, перерабатываются опасные вещества. К опасным объектам также отнесены гидротехнические сооружения, объекты, на которых используются лифты, эскалаторы, фуникулеры, а также объекты, на которых ведутся горные работы и работы в подземных условиях. Закон должен вступить в силу 1 января 2012 г., а для объектов, страхование которых должно финансироваться из бюджета, — 1 января 2013 г.
    Сегодня понятно, что предпринимателям необходимо основательно подготовиться к взаимодействию со страховщиками в процессе исполнения закона. Вполне вероятно, что затраты бизнеса на страхование в ближайшие годы существенно возрастут.
    В целом следует отметить, что с началом действия этого закона отечественное страхование органично «вливается» в механизм функционирования российской экономики, сущностью которого является перераспределение ресурсов конечных потребителей в пользу «субъекта экономики».
    Можно дискутировать о сущности и содержании обозначенного выше субъекта. Некоторые исследователи называют его планирующей системой, корпоратократией, сырьевой корпоратократией, корпоративизмом, кумовским капитализмом, клановым капитализмом и т.п. Изучение этого явления в российской экономической реальности является актуальным и представляет собой самостоятельную задачу. Однако для целей настоящей статьи достаточно осознания того, что этот субъект включает в себя определенную часть государственной бюрократии и крупный бизнес. Взаимоотношения между различными составными частями единого организма этого субъекта нас в данном случае не слишком интересуют, следует лишь понять, что по отношению к остальному обществу, к конечным потребителям товаров и услуг этот «организм» выступает как единое целое. Более того, он выступает как принципал, устанавливающий основные правила игры в российской экономике, включая и ее страховую часть.
    Такая ситуация предопределяет особенности реализации закона об обязательном страховании ответственности владельцев ОПО. Для понимания этих особенностей представляется необходимым проанализировать базовые экономические условия этого страхования.
    В России законодательство об обязательных видах страхования за счет средств потребителей (т.е. о принуждении потребителей к страхованию) традиционно разрабатывается и реализуется без их полноценного участия и без достаточного учета их интересов. Это неслучайно, ведь сама сущность принудительного страхования заключается в игнорировании интересов потребителей страховых услуг, обусловленных экономическими основами их рыночного поведения. А это, в свою очередь, порождает определенные противоречия и сложности в реализации принудительных видов страхования, включая, конечно, и страхование ОПО.
    Оценивая перспективы страхования ОПО, следует помнить, что любой вид страхования представляет собой систему отношений, главным источником функционирования которой является страхователь. От состояния этого источника зависят перспективы каждого конкретного вида страхования. Реальной же оценкой состояния, в котором находится главный источник функционирования системы страхования ОПО, страховое сообщество озабочено крайне мало.
    Уровень заинтересованности потребителей в страховании определяется состоянием присущих им базовых свойств. Этими свойствами являются, во-первых, рисковый портрет страхователя, во-вторых, его платежеспособность и, в-третьих, уровень развития у него риск-менеджмента.
    В настоящее время рисковый портрет у потенциальных страхователей ОПО неуклонно ухудшается вследствие нарастания износа основного капитала и все более заметного падения качества/квалификации/ответственности работников (что ведет к росту moral hazards). Так, например, в электроэнергетике, в наиболее рисковой сфере — генерации износ основного энергетического оборудования (ОЭО) по тепловым электростанциям составляет в среднем 83,9%, а по гидроэлектростанциям — 97,4%. При этом ввод новых мощностей в разы отстает от уровня и динамики потребностей.
    Нет также уверенности в том, что поддержание надежности энергообъектов обеспечивается на должном уровне. По экспертным оценкам, не более чем 10% энергокомпаний имеют полностью укомплектованный штат квалифицированных работников для выполнения регламента планово-предупредительных работ.
    Неоднозначные оценки вызывает и современный уровень эксплуатации энергетического оборудования. Растут опасения в отношении качества и уровня подготовки оперативного персонала, выполняющего основные эксплуатационные операции, а также уровня квалификации, внимательности и ответственности среднего и рабочего звена.
    В свою очередь, у менеджмента энергокомпаний краткосрочные фискальные интересы зачастую доминируют над интересами долгосрочного развития. У энергопредприятий заметно отсутствие стимулов к обновлению ОЭО и воспроизводству высококвалифицированной и ответственной рабочей силы. В этих условиях вероятность реализации рисков нарастает, вследствие чего не должно быть иллюзий низкоаварийной работы в будущем.
    На этом фоне невысокая и неустойчивая платежеспособность основной массы потенциальных страхователей ОПО продолжает снижаться, а реализация ими процедур риск-менеджмента, который они целенаправленно или спонтанно осуществляют, приводит к падению их доверия по отношению к страховщикам.
    Таким образом, ключевые изменения на российском рынке страхования прежде всего связаны с ухудшением состояния базовых свойств основной массы страхователей.
    Одновременно происходят изменения и на стороне поставщиков страховых услуг. Здесь отчетливо наблюдаются процессы активного формирования и закрепления олигополистической модели функционирования страхового рынка. Предпосылки для этого были созданы утвержденной 18 ноября 2008 г. Стратегией развития страховой деятельности в Российской Федерации на период до 2013 г., а развитие глобального экономического кризиса было использовано в качестве катализатора процесса олигополизации.
    Реализация принятых в кризисных условиях законодательных требований к увеличению минимального размера уставного капитала российских страховых компаний1 приведет с 1 января 2012 г. к сокращению количества страховщиков на отечественном рынке как минимум в два раза. Обращает на себя внимание «синхронизация» этого требования по времени со вступлением в действие закона об обязательном страховании ОПО: общее число потенциальных претендентов на участие в этом страховании радикально сокращается, естественно, под флагом борьбы за «консолидацию» и «очищение» рынка.
    Типичным для административно поддерживаемой олигополии является отношение, проявляемое к потенциальным страхователям при разработке и принятии нормативных актов, обеспечивающих реализацию обязательного страхования ОПО. В октябре утверждены тарифы на страхование ОПО2. Тарифы находятся в диапазоне от 0,1 до 4,94% страховой суммы. При этом самая высокая ставка действует для шахт, а самая низкая — для гидротехнических сооружений. Примечательно, что тарифы были утверждены еще до окончательного утверждения правил страхования ОПО. Это свидетельствует об установлении цен на страхование ОПО, мягко говоря, волевым образом, что является верным признаком картельной практики.
    В условиях формирования олигополистической модели рынка страхования ОПО характерно выглядит и функционирование Национального союза страховщиков ответственности (НССО). НССО объединяет страховщиков ОПО. Обращают на себя внимание порядок вступления в НССО и порядок формирования гарантийного фонда членами НССО, которые требуют от страховщиков затрат в размере минимум 32 млн руб. Это обоснованно расценивается участниками рынка как создание административных барьеров, типичное, отметим, для олигополии.
    Также примечательным является нежелание членов НССО обеспечивать страхование ОПО по свободным рыночным тарифам. Это и понятно, ведь такое ценообразование может привести к снижению стоимости страхования ОПО для страхователей, а значит, к снижению доходов страховщиков. Обычно контроль над ценами является одной из главных задач и классическим признаком олигополистической деятельности, свободное же ценообразование противоречит целям олигополии.
    Есть основания полагать, что при подчинении реальных потребностей страхователей интересам олигополии скоро заявят о себе противоречия, как вытекающие из самого состояния страхуемых объектов и страхователей, так и заложенные в особенностях андерратийнга рисков ответственности за эксплуатацию опасных объектов и в механизмах их перестрахования.
    О сложном, а иногда просто плачевном состоянии потенциально страхуемых объектов говорилось выше. Говорят об этом и сами страховщики. Однако из анализа этого состояния, которое на самом деле в принципе препятствует применению страховых механизмов, делаются «неожиданные» выводы о необходимости и возможности масштабного страхования ОПО, имеющие мало общего с профессиональным страхованием.
    Насколько сегодня можно судить, андеррайтинг страхования ОПО базируется главным образом на сочетании ретроспективных подходов и «экспертных», а на самом деле — субъективно-волевых установок. При современных тенденциях и темпах изменения состояния основного капитала, развивающемся в стране инфраструктурном кризисе, падении качества рабочей силы, низкой и неустойчивой платежеспособности основной массы страхователей и их недоверии к страховщикам такой подход представляется методологически неоправданным. Внедрение же методологии перспективного андеррайтинга, основанной на научном прогнозировании практически неизбежных в настоящем и будущем техногенных аварий и катастроф, представляется в современных условиях трудно реализуемым. Дело в том, что научно обоснованные подходы при андеррайтинге рисков ОПО позволят уверенно сделать вывод о невозможности обеспечения адекватной страховой защиты при нынешнем состоянии объектов повышенной опасности, страхователей, которые эти объекты эксплуатируют, и самих страховщиков. Это поставит вопрос о самом существовании данного вида страхования, что неприемлемо для тех, кто заинтересован в его реализации.
    Непропорционально малое внимание при организации ОПО уделяется и вопросам перестрахования, хотя в силу особенностей российских страховщиков (крайне незначительное собственное удержание, если его, конечно, правильно считать) перестрахование для организации такого масштабного страхования, каким во многих случаях будет страхование ОПО, должно иметь не просто первостепенное, а определяющее значение. Особенно если речь идет о страховании ответственности за эксплуатацию энергетических объектов, аварии на которых могут привести к масштабным последствиям.
    Комитет по перестрахованию НССО был создан уже после разработки основ правил страхования ОПО и после утверждения принципов определения тарифов по этому виду страхования. Очевидно, что при разработке тарифов по обязательному страхованию ОПО роль перестрахования в организации страхования не учитывалась и задачи обеспечения эффективной перестраховочной защиты как основы функционирования данного вида страхования должным образом не ставились. В то же время в конкретных российских условиях обеспечение надежной перестраховочной защиты имеет приоритет над организацией прямого страхования: прямое страхование нередко непосредственно базируется на профессиональном мнении и оценках перестраховщиков. Думается, что страхование ОПО, особенно в части энергетических объектов, тот самый случай.
    Если ставить первостепенной задачей обеспечение своевременной и полной выплаты страховых возмещений, следует учитывать, что актуальная с точки зрения эффективной «собираемости» убытков емкость всего российского страхового рынка по такому виду страхования, каким станет страхование ОПО, не превышает в настоящее время 200 млн руб., предельно — 300 млн руб.
    Согласно ст. 23 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» члены НССО формируют перестраховочный пул для перестрахования рисков по ОПО и обязаны перестраховывать риски ОПО только в этом пуле. Собственное удержание страховых компаний и их доля в перестраховочном пуле равны. При таких подходах перестраховочный пул сможет функционировать только при «волевом» завышении размеров собственного удержания его участников. В НССО предусматривается гарантийный механизм для обеспечения выполнения обязательств участников перестраховочного пула при расчетах по убыткам. Вопрос, насколько надежным окажется такой механизм перестраховочной защиты, должен интересовать страхователей прежде всего.
    Опыт показывает, что без участия профессиональных российских перестраховщиков и особенно без участия представителей зарубежного перестраховочного рынка эффективную перестраховочную защиту по такому виду страхования, как страхование ответственности за эксплуатацию опасных объектов, обеспечить очень непросто. Пока ни российские, ни зарубежные перестраховщики к перестрахованию рисков по ОПО не допущены. Правда, и сами зарубежные перестраховщики занимают выжидательную позицию и не стремятся участвовать в перестраховании ОПО с самого начала действия этого вида обязательного страхования. Происходит это, скорее всего, вследствие их неуверенности в андеррайтинге рисков ОПО российскими страховщиками.
    Таким образом, существуют обоснованные опасения, что российские поставщики страховых услуг не в полной мере смогут адекватно отвечать на вызовы, которые несет в себе полномасштабное развитие страхования ОПО.
    В целом анализ показывает, что состояние и самого источника функционирования обязательного страхования ОПО — страхователей, и поставщиков услуг по этому виду страхования не обеспечивает необходимых условий для его устойчивого функционирования как общественно полезного механизма защиты от рисков. Можно утверждать, что экономическая основа реализации обязательного страхования ОПО в нашей стране не сформирована. К сожалению, пока нет и оснований полагать, что ситуация с состоянием свойств основных участников страховых отношений заметным образом изменится в лучшую сторону.
    Высока вероятность того, что по мере дальнейшей деградации производительных сил и инфраструктуры, снижения платежеспособности страхователей и роста их недоверия к страховщикам количество и масштабы сбоев в реализации закона о страховании ОПО будут нарастать и примут в конечном счете критические размеры, поставив под угрозу его дальнейшее применение.
    Тем не менее закон об обязательном страховании ОПО принят и скоро вступает в действие. При этом не следует полагать, что инициаторы внедрения обязательного страхования ОПО не знают реального состояния этих базовых предпосылок его применения. Следовательно, для реализации страхования ОПО существуют цели иного порядка, чем те, которые диктуются необходимостью адекватной защиты от рисков. Видимо, именно вследствие этого закон о страховании ОПО был принят вне зависимости от базовых экономических условий его реализации. В результате создалось положение, при котором страхователи принуждаются к страхованию ОПО без учета экономических условий, в которых они пребывают. С другой стороны, страховщики активно стремятся участвовать в этом страховании, несмотря на то, что базовые принципы профессионального андеррайтинга требуют от них либо отказываться от принятия страховой ответственности, либо предоставлять ее на гораздо более жестких условиях, чем это установлено законодательством об ОПО. Таким образом, и поставщики страховых услуг действуют здесь за гранью экономической целесообразности.
    Подобное внеэкономическое принуждение — основа и системообразующий признак экономики, больше соответствующей феодальному способу производства, нежели капиталистическому. Думается, что такая трансформация экономической системы — закономерное явление. В условиях современной глобальной неопределенности такой «неофеодализм» может оказаться наиболее адекватным механизмом выживания. Сейчас уж точно не до свободной игры рыночных сил, о которой может мечтать только не вполне адекватная публика, начитавшаяся всевозможных «экономикс».
    Однако следует помнить, что существенным условием реализации целей закона о страховании ОПО является эффективное выполнение этим законом функций по защите от рисков. А с этим в перспективе могут возникнуть сложности.